Новый мир. Черная смерть полностью

— А что еще в нашем секторе путешественникам делать? Люди из других мест только ради этого и приезжают. Местные либо в городах живут и носа здесь не кажут, либо в общинах обитают и ни с кем не контактируют. Время нынче неспокойное. Вот недавно опять небольшая группа туристов потерялась. Поиски повсюду велись, но я вам вот что скажу, ребятки. Их черти в Адову дыру утащили, и теперь нет им спасения.

От этих слов я подавилась и закашлялась. Матвей тут же поспешил похлопать меня по спине, а женщина позвала на английском свою дочь. Она попросила принести ее бутылку вина, сама же внимательно посмотрела на нас. Видимо, пыталась выяснить, понимаем ли мы ее.

— О нет, спасибо, — тут же выпалил Матвей, выдавая нас с головой. — Мы не пьем. Совсем. Поэтому не обижайтесь, но даже не предлагайте.

— Надо же! Это ведь такая редкость среди молодежи! — радостно воскликнула Дора. — Я очень рада за вас. Вы пара? Парень и девушка?

— А, нет. Мы… — начал было Матвей, но я его перебила:

— Мы муж и жена. Молодожены, в общем. Поехали в свадебное путешествие.

— Ой, какая прелесть! Я так рада за вас! А где ваши колечки?

— Мы их не носим. Это все мирские предрассудки. Мы далеки от них, — как бы невзначай сказала я, краем глаза поглядывая на женщину.

— Вы из какой-то общины? — тут же насторожилась она.

— Нет. Мы обычные путешественники.

— А вы бы хотели? Стать частью семьи? — странным голосом произнесла Дора и внимательно посмотрела на меня.

— Пожалуй, пока мы не готовы к такому шагу. Нам надо со своей для начала разобраться и сохранить ее. На самом деле это очень сложно. Многие семьи рушатся в первые годы брака. И потом, спустя десятилетия. Казалось бы, знаешь человека, думаешь, что у вас все хорошо, а после выясняется, что все ложь. Тебя не любят, и ты ничего не значишь, — вздохнула я, вспоминая свой предыдущий брак.

— О, это действительно грустно! Но вы оба такие молоденькие! У вас точно все будет хорошо. Вы будете вместе. Вечно! В настоящей семье, которая вас никогда не бросит.

Женщина мило улыбнулась и положила мне на плечо руку, а потом снова засуетилась. И вот на столе стали появляться первые кушанья. И мы с Матвеем, не стесняясь, накинулись на еду. Особенно налегала я. Мой встревоженный зверь требовал подкрепиться про запас, а то мало ли. И я не стала его разочаровывать. Под изумленными взглядами семейства Доры я уничтожала продукты.

И мне не было стыдно. Для себя я все поняла. Мы попали в лапы к самой настоящей кучке отморозков, и они не очень-то маскировались. Опытному человеку, пережившему апокалипсис, раскусить их ничего не стоило. Оставался лишь один вопрос. Успею ли я съесть пирог до того, как Матвей отключится. Я то и дело поглядывала на него и вдруг заметила, как парень трет глаза, а потом медленно сползает со стула.

Я хотела было последовать за ним и притвориться, что впала в глубокую кому, как вдруг заметила на краю стола клубничные пирожные и решила еще немного подождать. Я грубо встряхнула Матвея, сама же потянулась к коробочке.

«Эй ты! Не смей отрубаться! Я еще эту прелесть не съела. Ты не имеешь права лишать меня такой маленькой, но заслуженной радости! Еще пара секунд. Все!» — удовлетворенно подумала я, скидывая парня вниз.

Довольно облизнув пальцы, я посмотрела на удивленное семейство и картинно вздохнула.

— Ой, что-то мне нехорошо! Ой, кажется, кружится голова! — всхлипнула я и осторожно сползла вслед за Матвеем.

— Еще бы тебе не стало плохо, глиста прожорливая! Это надо было столько съесть! Прошлая группа из пяти человек и то меньше наших продуктов уничтожила, — недовольно произнесла Дора на родном языке, а я с трудом сдержалась, чтобы не вскочить и не начистить ей рожу.

— Спокойно, мам! Все-таки они скоро станут частью нашей семьи, — улыбнулся ее тощий сын.

— Не знаю, Карл. Может, парень и сгодится, но эта девка… Мы же ее не прокормим!

— А мне она нравится, — послышался голос второго брата, амбала, и мать вздохнула.

— Хорошо! Пусть остается. Заберешь ее себе. А парень тогда присоединится к нашим предкам.

— К бабке нашей, что ли, и остальным? Мам, может, хватит за ними присматривать, а? Правда, сколько можно? Давайте их выпустим. Они сами о себе хорошо позаботятся.

— Нет, мы не можем! Этот Совет, будь он неладен. Он постоянно присылает своих прихвостней, и они уничтожают наших братьев и сестер!

— Ты хочешь сказать — зомбаков?

Внезапно послышался хлесткий звук, и я, сощурившись, увидела, как тощий парень держится за щеку.

— Еще раз скажешь такое, сам станешь их частью. Ты понял меня?

Парень испуганно закивал, а женщина показала на нас с Матвеем.

— Связать их и утащить в подвал. Вечером парень станет частью семьи, а у Уильяма, наконец, появится жена. Надеюсь, она будет лучше предыдущей.

Женщина ушла, а ко мне двинулся здоровяк. Чуть дальше мелкий занимался Матвеем.