Мы как раз принялись спускаться с холма, решив уйти подальше от сальных шуточек солдат на стене, и Дрейк крепко держал меня за руку, хотя я не собиралась от него убегать.
Говорила ему о своей жизни в другом мире, где не было ни магии, ни драконов, ни Темных. Ничего там не было!
Но я туда больше не хочу, потому что я хочу за него замуж. И вообще…
— Я люблю тебя, Элиз! — сказал мне Дрей.
А затем добавил, что принял стоическое решение, и свадьбу мы все же отложим до Энсгарда.
Пока же на эту ночь снимет для нас лучший отель в Сирье, а завтра мы вернемся домой. Он полагал, что к утру как раз получится восстановить резерв.
— Я тоже тебя люблю, — сказала ему. — Но есть одна незадача, которую ты должен обязательно увидеть своими глазами.
Моя «незадача» тотчас явилась во всей своей золотой красе, заняв мое место в проявленном мире. Расправила сияющие крылья, изогнула золотую шею и начала поворачиваться то одним боком, то другим, красуясь перед Валресом.
И мне еще долго пришлось уговаривать ее вернуться обратно.
— Дети в золотой горошек, — честно сказала я Дрею, когда приняла человеческий облик. — Такое тоже не исключено. Судя по тому, что я знаю из генетики межвидовых скрещиваний, один ребенок может пойти в тебя, второй — в меня, а остальные два получатся в полоску или даже в ромбик.
Но он нисколько такого не испугался. Воспринял с энтузиазмом как межвидовое скрещивание, так и четырех детей, часть из которых могли выйти в горошек.
В городе Дрей снял для нас две комнаты в лучшей гостинице, хотя обстановка в ней выглядела довольно уныло. Но меня переполняли самые разнообразные эмоции — и все счастливые, — и для печали среди них не было места.
Затем мы долго разговаривали — в лучшей из остававшихся рестораций Сирьи.
Я все порывалась сходить в «Дохлую Лошадь», но так и не собралась с духом. Решила не портить себе и Дрею праздник. Потому что я была влюблена — хорошо, мы с Ринессой были влюблены, и ее подсказки мне не нужны, — и нас с ней любили в ответ.
Да так сильно, что я слышала, как ночью Дрей несколько раз приходил в мою комнату. Останавливался в дверном проеме и смотрел на то, как я сплю.
Сторожил.
Заодно любовался, словно не мог поверить в свалившееся на его голову счастье в нашем с Ринессой лице. Потому что мы обожали их с Валресом и не представляли себе дальнейшей жизни без них. (Видишь, Ри, я справилась даже без твоей подсказки!).
Утром мы отправились в Энсгард. Сперва шли порталами, но где-то в сердце Ничейных Земель Ринесса поднялась в воздух и полетела. Не слишком далеко и не особо высоко, но вполне уверенно. Но уже скоро Валрес заявил, что для первого раза достаточно, и всячески ее хвалил.
Мы немного отдохнули, перекусив прихваченными из Сирьи припасами, затем снова пошли порталами. Так долго, пока не добрались до столицы Андалора, а потом и до родной академии.
Стоило ли говорить, насколько сильно обрадовались нашему возвращению мои друзья и моя четверка⁈ Румо носился по саду академии, виляя хвостом, как заправская собака, а затем, не выдержав, перекинулся в крылатую ипостась и взмыл в воздух.
Андрес крепко меня обнял, а Борин стукнул по спине так сильно, что если бы Ри не выпустила броню, то ходить мне потом с синяком под лопатками. Зато Лайя рыдала от счастья, а еще вызвалась сбегать в пиццерию и рассказать о моем возвращении моим домашним — те тоже волновались, а я пока что не могла оставить академию.
Но не всем мое появление было в радость.
Дрей рассказал мне о произошедшем после моего исчезновения еще в Сирье, а теперь он закончил начатое. Лауру — а на нас с Румо напала именно она — отстранили от занятий, хотя та всячески пыталась вывернуться, утверждая, что действовала верно.
И даже подключила адвокатов своей семьи.
Заявила, что в тот момент в воздухе ей показалось, будто мы с Румо — Темные монстры, подло напавшие на участников турнира. Поэтому она среагировала именно так, как ее учили четыре года подряд.
Вступила с нами в бой и даже меня «одолела». Возможно, «победила» бы и Румо, но тот не дался, а потом вмешался Дрей и ей не позволил.
О новом законе, по которому Срединные существа больше не считались врагами и уравнивались в правах с обитателями этого мира, Лаура, конечно же, не знала. Или уверенно врала — это больше походило на правду.
Выдвинуть против нее обвинение не удалось, но ее все-таки исключили «за действия, нарушающие кодекс Академии Магии Энсгарда». Рейнар Корвин ушел следом за своей невестой, и они отправились доучиваться куда-то на север.
Зато Альваро Сантос остался в академии, но это нисколько меня не тревожило.
Куда больше меня волновала наша с Дреем предстоящая свадьба. Мы собирались сыграть ее через несколько месяцев, на зимних каникулах, хотя зимы в Энсгарде, как я уже успела уяснить, были теплыми, и все деревья стояли зелеными.
Еще меня немного тревожило то, что наша четверка победила в магическом турнире со всеми вытекающими из этого последствиями — мы заняли первое место по набранным очкам.
Дрею такое не нравилось, но все равно мы приняли участие в заклинании Призыва Ходящих.
