Мой жених ожидал провокаций со стороны Темных, поэтому он хорошо подготовился. В его кабинете была не только наша четверка, но еще и несколько сильнейших магов академии.
Мы ждали, пока Дрей готовился к заклинанию, и дождались.
Без стука распахнулась дверь, и в кабинет ворвались четверо студентов. Те самые, чьи имена Дрей мне называл: кто попадали в лазарет этим летом и стали носителями Темных. За ними старательно следили, но никаких изменений в своем поведении они не показывали.
Ровно до сегодняшнего момента, когда с перекошенными лицами они накинулись на Дрея. Попытались до него добраться, швырялись боевыми заклинаниями, но у них не было ни единого шанса.
Наша четверка и оглянуться не успела, как их уже успели скрутить. Я лишь открыла рот, а затем с треском его захлопнула, потому что все четверо лежали на полу, связанные заклинаниями по рукам и ногам.
Трое изрыгали проклятия, тогда как знакомая мне пятикурсница смотрела мне прямо в лицо.
— Передай своим хозяевам, что мы победили, — подойдя, сказала ей. Знала, что Улей меня слышит. Понимала, что Улей видит через ее глаза. — Нас уже не остановить, и очень скоро вам придется убраться из Андалора и этого мира восвояси.
И тем самым Темные освободят ее и остальных, чей разум они поработили и кого Дрей приказал увести, после чего запереть подальше и покрепче, чтобы они ему не мешали.
Впереди у него было куда более важное занятие.
И он это сделал.
…Слова на древнем, изначальном языке Андалора — и пусть я ничего не понимала, но они все равно пронимали меня до дрожи. Сильнейшие магические разряды, один за другим слетавшие с его рук. Вспыхнувшие линии круга призыва, и…
Пространство разорвалось.
Распахнулись портальные врата, только на этот раз они были не привычно синие, а золотые, величественные. Из ослепительного сияния на паркет кабинета шагнул мужчина средних лет, и портал за его спиной захлопнулся.
У мужчины были всклокоченные светлые волосы, зеленые глаза, уверенное лицо, но при этом он выглядел довольно раздраженным. Да и одет он оказался странно — в длинный плащ с множеством карманов, под которым виднелась куртка из материала, похожего на кожу, с мерцающими вставками.
— Ну и что у вас случилось? — с хмурым видом спросил он на языке Андалора. — Что вам понадобилось от Ходящих?
А потом его взгляд остановились на мне, и на его лице появилась крайняя степень изумления.
— Элиз⁈ Но как?.. Скажи мне, как ты здесь очутилась⁈ — воскликнул он на моем родном языке.
Прошло около получаса после того, как золотой портал захлопнулся за спиной Ходящего. И все это время он твердил, что будет говорить только со мной, настаивая, чтобы мы делали это наедине.
Назвал свое имя — его звали Клартон Гирхарт. Ну, если переложить на обычный язык некоторые необычные звуки, которые он издавал при произношении.
Заодно постоянно называл меня Элиз, при этом выказывая высшую степень изумления, что обнаружил меня здесь, в Андалоре, а не там, где видел меня в последний раз.
И постоянно порывался забрать меня с собой в свой родной мир — в какой-то там Сектор 12/78.
Но я даже слушать его не собиралась.
— Мы будем говорить здесь, в Академии Магии Энсгарда, — заявила ему. — Причем вместе с Дреем. Либо мы не будем разговаривать никак.
Клартон Гирхарт нахмурился, после чего вновь принялся твердить о центральных секторах, начиная с первого по пятнадцатый, и о том, что это место не самое правильное для меня, поэтому я должна немедленно отправляться вместе с ним.
Домой. В те самые сектора.
Он то и дело переходил на мой родной язык, на что я упрямо отвечала ему на андалорском, а остальные не спускали с нас изумленных глаз.
Один лишь Дрей следил за происходящим с тревогой и затаенной болью во взгляде, словно подозревал, что в любой момент может меня потерять. Но я бы на его месте на такое не рассчитывала — вряд ли ему удастся избавиться от меня так просто!
— Я вас и знать не знаю, господин Гирхарт! — вновь произнесла я на андалорском, когда Ходящий в очередной раз заявил, что он сейчас же распахнет для нас межмировой портал. — Кто вы такой и что вам от меня нужно? И с чего вы решили, что я куда-то с вами пойду?
— Все очень просто, — отозвался он. — Потому что я — твой отец.
Пока я пыталась прийти в себя от подобной ошеломительной новости, заодно вглядывалась в его черты, стараясь обнаружить хоть малейшее семейное сходство — если честно, получалось так себе, — он вытащил из внутреннего кармана плаща небольшую квадратную рамку.
Что-то нажал, и внутри замелькали кадры видеосъемки.
Я увидела себя: еще маленькую, с разноцветным рюкзаком за спиной и с бантиками в волосах. Вот я бегу в школу, а потом, став на одиннадцать лет старше, получаю аттестат.
Следующий кадр — я, совершенно счастливая, стою возле входа в университет.
— Но это еще ничего не доказывает, — заявила ему. Хотя прекрасно понимала, что доказывает многое. — К тому же являться отцом и быть им — разные вещи. Вам, господин Гирхарт, сперва не помешает это заслужить.
Он кивнул. Задумался ненадолго, а затем нехотя произнес:
