Насилие заражает биосферу тотально, как радиация. Какие там, к чертовой матери, тюбетейки и персики, какие Бахчисарайские фонтаны, гаремы, шальвары, пиалы, “корабли пустыни” и прочая сувенирная дребедень! Все здесь загажено, все пропитано насилием в самой грубой и беспощадной форме. Это море развращено и отравлено. Пресловутая “даль барханов” заражена до самого горизонта. Даже небо давно не девственно, оно тоже изнасиловано — и вдобавок до самых глубин развращено хамским принуждением безучастно наблюдать картины насилия и разврата. А горы! Эти их “белоснежные шапки”! Какая уж там белоснежность!.. Словно фата, что, в потеху сатрапам, напялена на употребленных всем легионом “красавиц Востока”... Ох, земля! Нечего изображать целку! Спрячь подальше жалкие свои пиалы и тюбетейки! Ни о какой “самобытости” не может быть речи, когда тебя, вполне in cooperation, отхаривают шакалы местного разлива и пьяные легионеры!
Сцена 8. СНОВА ЖИЛИЩЕ
“Тебе нравится Шаганэ? Правда, хороший невеста?”
...Ах да, Египет. Где он, Египет? Господи Боже мой!
“Ну, я пойду”.
“Уай?! Куда ты хочешь ходить?!”
“Домой”.
“А диннер?! Сейчас будет диннер!! Имей свой диннер, и тогда ты можешь гоу хоум. Но ты можешь и стэй хир. Уиз ми. Уай нот?! Ты хороший, добрый, веселый, и ты бью-у-у-у-тифул!”
“Я пойду”.
“Пожалуйста, ноу!”
“Спасибо, йес”.
“Пожалуйста!.. Я еще никогда не иметь секс!..”
“Чего-о-о?!”
“Я еще ни разу не иметь секс”.
“Тебе сколько лет?”
“Тридцать”.
“И у тебя никогда не было герл-френд?”
“Нет”.
“Почему?”
“Иджипшен библ очень строго: если ты иметь секс, ее отец тебя убивать. Если секс — он убивать или свадьба”.
“А ты не хочешь жениться?”
“Я хочу! Я очень хочу иметь жена! Но мой отец умирать! Мой мать очень бедный! Два маленький брат — бедный. Маленький сестра — бедный. Я очень бедный в Иджипт! Я бежать сюда. Я был счастливый получить работа от родственник. Но май инглиш очень плохо...”
“Ит’с о’кей”.
“Май инглиш очень плохо. Ай эм нот эйбл... Американский герлз дон’т вонт визит ми... Энд уи хэв ноу иджипшен герлз хир... Они жить в Иджипт...”
“Ну а при чем здесь я?”
Тридцатилетний девственник. Уже полнеющий... Лысеющий... Сильно потеющий. С этой странной беззащитностью кожи под темной, в завитках, шерстью... Моллюск без раковины...
“А почему бы тебе не съездить в Египет? У тебя что — денег нет?”
“Ай хэв май мани! Ай хэв! Тысяча долларов в месяц! Но я не есть здесь легальный... Мой родственник давать мне работа. Но это блэк джоб. Я не имею американ паспорт, и я не имею грин кард”.
“Но ты же получишь когда-нибудь?”
