“Это интервью я взял у нобелевского лауреата по литературе 1995 года Шеймаса Хини во время своей недавней поездки в Дублин, организованной Ирландским поэтическим обществом”(Григорий Кружков).ГоворитШеймас Хини:“В 1970-х годах я много читал Данта и Мандельштама.— Существуют ли адекватные переводы Мандельштама на английский язык?<…> — Помню свое первое впечатление. Я почувствовал некое головокружение, но почти ничего не понял. Это были переводы Мервина. Свободные, без рифм и метра. Мне понравилось, в общем, но Джозеф предостерег меня, сказав, что переводы неправильные. Потом была книга моего хорошего знакомого из Беркли, Роберта Кейси, он переводил в рифму, но это едва ли можно назвать поэзией. Он перевел „Камень” целиком, с примечаниями и комментариями, необычайно полезными. Но если честно… Я понял, что Мандельштам гениальный поэт, лишь когда прочитал его прозу. То же самое с Джозефом [Бродским], между прочим.—Тед Хьюз сказал о переводах Мандельштама (я слышал это от Дэниела Вайсборта): „По-английски тут ничего не остается”.— Большого впечатления действительно не остается. Взять, например, стихотворение об Адмиралтействе или „Нотр-Дам” из „Камня”: чувствуется, что стихи состоялись, но что-то ускользает.—Может быть, просто большого поэта должен переводить поэт равного масштаба?— Джозеф однажды сказал, что это мог быть Йейтс, но я не думаю, что он прав. В Мандельштаме есть, по-моему, нечто от Хопкинса, когда фонетика слова и интеллект зажигаются друг от друга и начинают играть всеми красками. Я бы сказал, это скорее джойсианская поэтика, чем йейтсианская. Впрочем, мое невежество в русском не дает права судить”.
Алексей Изуверов.Люди и фильмы: стратегия конфликта. — “Завтра”, 2003, № 51, 16 декабря.
“На фоне тотальной фрустрации населения из русской культуры (прежде всего у „важнейшего из искусств”) экспроприирован мобилизующий фактор. Эта экспроприация и является единственно внятным продюсерским заказом”.
К 85-летию Николая Тряпкина.— “День литературы”, 2003, № 12, декабрь.
“За великий Советский Союз! / За святейшее братство людское! / О Господь! Всеблагой Иисус! / Воскреси наше счастье земное” (“Вербная песня”, 1994). И другие стихи 90-х.
