Едва ли не любая попытка дать лингвистический комментарий оборачивается для Ларионовой и Фомичева конфузом: «<...> в лексико-грамматическом отношении весьма сомнительное выражение „дышать критикой” очевидно уступает употребительному галлицизму „дышать свободой / вольностью” — „respirer l’air de la libertбе”» (стр. 153). Мои оппоненты усугубляют оплошность Лотмана, вслед за ним неправомерно сопоставляя выражениедышать вольностьюс французскимrespirer l’air de la libertй42.Дышать вольностью— и вправду галлицизм, но лишь потому, что глаголдышатьздесь использован не в прямом значении, а в соответствии с переносным употреблением французскогоrespirer:по-французски можно сказатьrespirer qch(то естьдышать чем-л.) в смысле «служить выражением чего-л.». (Написав Н. И. Гнедичу о Ю. А. Нелединском: «НЅга древнихъ, эта милая небрежность дышетъ въ его стихахъ», — Батюшков подчеркнул словодышетъи сделал приписку: «Галлицизмъ! — Не показывай Шишкову»43.) Иными словами,дышать вольностью— точно такой же галлицизм, как идышать критикой(что значит вовсе не «вдыхать критику», а «выдыхать ее», и в контексте французского словоупотребления звучит не менее естественно44). Напротив, в составе выраженияrespirer l’air de la libertй«дышать воздухом свободы» глаголrespirerупотреблен в прямом значении, а идиоматичность этому обороту придает генитивная метафора «воздух свободы», которая в «Онегине» отсутствует.
Мои оппоненты систематически обнаруживают плохое знакомство с автографами. Согласно Ларионовой и Фомичеву, «нет никаких оснований считать, что окончание причастия (избранныявместо грамматически верного избранные) в печати появилось в результате сознательной правки Пушкина. В данной конечной позиции начертание-яи-ев пушкинских рукописях настолько сходно, что ошибка набора вполне объяснима» (стр. 154, примеч. 40). Набор тут ни при чем; в авторском экземпляре поглавного издания рукою Пушкина четко написано:Что есть избранныясудьбами(№ 936, л. 75).
