А то, что с сооружением древних не все в порядке, лично Лисицкому было абсолютно очевидно. Для подобного вывода хватало и ощущения множественных потоков энергии, что хаотично вырывались из ‘каната’. По счастью, все они носили по-настоящему микроскопический характер, зачастую не достигая толщины и волоса. Но даже так на много метров вокруг ‘каната’ простиралась лишь черная, потрескавшаяся и совершенно мертвая земля, от которой, между тем, веяло весьма знакомой Кириллу по Ковчегу грозовой свежестью.
Ладонь молодого человека невольно опустилась в карман комбеза и сжала сферу, с которой он не расставался даже во сне.
‘Еще одно ядро?’ - промелькнула в голове жадная мысль, и язык пробежался по враз пересохшим губам.
Оценив диспозицию, Кирилл вновь сорвался на бег. Казалось, что барьер почувствовал его возросший интерес, и сопротивление начало нарастать в разы быстрее. Лисицкому пришлось укутаться в собственную силу, словно в доспех, чтобы просто позорно не сбежать. Но страх все равно продолжал ощутимо давить на его разум. Даже понимание искуственности данного чувства, а также отсутствие ‘иголочек’ опасности не особо помогало в борьбе с ним.
На полосу мертвой земли парень вышел уже неторопливым шагом. Практически все его силы уходили то, чтобы хоть как-то защититься от воздействия творения древних. Но прикоснуться к полосе воздуха над ‘канатом’ он так и не смог. Все его существо буквально сковывало первобытным ужасом. Зато шаг назад он сделал едва ли не с физическим наслаждением. Вполне возможно, что Кирилл бы сумел разрушить подземное сооружение несколькими дистанционными атаками и пройти дальше, но кому от этого стало бы лучше? Ресу, добравшимся до сытной кормушки?
‘Нужно искать источник энергии’ - подумал парень, задумчиво почесывая щеку. ‘Да, времени может потребоваться порядочно, но и приз, определенно, того стоит. Нельзя его упускать. Рейли, конечно, может поднять панику, но думаю пару деньков потерпит. Линала тоже девочка взрослая, не пропадет. И в чужие вещи не полезет. Тем более, что без хаш от них все равно пользы не много. Кроме, эволюционной камеры, разве что, но тогда уж сама себе злая Буратино. Не хорошо, конечно, получается, но тут определенно форс-мажор’
Рассуждая подобным образом, Кирилл начал неторопливо отступать от мертвой земли обратно в джунгли. Он не мог оставаться рядом с барьером, так как тратя почти все силы на защиту лишался возможности двигаться на привычной скорости. Но и отходить слишком далеко он также не имел права, иначе рисковал упустить из вида противоположную сторону барьера. Пришлось молодому человеку потратить некоторое время на поиск дистанции, удовлетворяющей обоим требованиям.
Минут пятнадцать спустя он наконец-то двинулся вдоль барьера на север. Увы, но на события выбранное направление оказалось донельзя бедно. Преодолевая километр за километром, Лисицкий имел сомнительное удовольствие наблюдать лишь привычную для джунглей Рруа картину: кого-то жрали, похрустывая косточками или хитином, кто-то убегал, на этот раз счастливо избежав опасности, а где-то и вовсе вскипала короткая схватка, ненадолго развлекая парня небольшим представлением. Время, между тем, начало клониться к вечеру. Не то, чтобы темнота могла стать для него серьезной проблемой, просто желудок выбрал именно этот момент, чтобы напомнить о собственном существовании сосущим чувством голода.
‘Пожалуй, небольшой привал не повредит’ - решил Кирилл. Возвращаться в лагерь он в любом случае не собирался: его целиком и полностью захватил азарт поиска. А еще - жадность. Появилось странное ощущение, что если он не поторопится, то вот-вот кто-то другой приберет к рукам его драгоценное сокровище. Такой вот забавный психологический триггер неожиданно сработал, хотя, казалось бы, у современного человека к таким уловкам обязан иметься стойки иммунитет. К чему-то подобному частенько прибегали маркетологи, выставляя у товара статус ‘мало’ или ‘последний экземпляр’.
Обнаружить источник воды с помощью восприятия оказалось довольно-таки просто. Как и очистить ее, воспользовавшись дымкой, до пригодного в питье состояния. Еда нашлась и того проще: сама прибежала. Кириллу осталось только прикончить ее да разделать. Полученное мясо он запек в углях, в течении часа обороняя его от многочисленных халявщиков и вредителей. Дополнив рацион парой съедобных корней, он получил вполне приличный ужин.
Свой бег парень возобновил уже в темноте. Настолько кромешной, что казалось словно на мир вылили ведро черной масляной краски. Происходило это в первую очередь из-за того, что Рруа не имела собственного спутника, который мог подарить ей хоть какое-то освещение ночью. Впрочем, серьезным препятствием темнота для Кирилла не являлась: он все равно уже давно предпочитал ориентироваться с помощью восприятия. Молодой человек не остановился даже тогда, когда небо охватило красное-зеленое зарево восхода.
