— Всенепременно, могучий! — Он напялил шлем, подбежал, взвалил труп на плечо и уволок за стену. Оттуда появился другой воин, такой же молодой, подбежал ко мне и упал на колено, но я взмахом руки его отослал.
Мы въехали в город, я остановился и подождал, когда ко мне подойдёт новоиспеченный старший.
— Давай, веди нас к темнице!
— Слушаюсь! — Он побежал, мы всей толпой покатили за ним.
Мы ехали по натуральному средневековью. По обеим сторонам дороги стояли двух-трехэтажные дома. Судя по всему, мы ехали в направлении центра. Там впереди, торчал шпиль на каком-то здании. Город был большим, не знаю сколько их здесь живёт, но город большой. Мы проехали один перекрёсток, другой, а на третьем свернули на право. Нам стали попадаться негры, но мало, зато гоблинов тут было достаточно. Правда, при нашем приближении, все быстро прятались. Может поэтому так мало народу, а не потому что они спят? Я бросил взгляд на дома. Окна были стеклянными, рамы деревянными, а стены домов какие-то саманные что-ли. Мазанные чем-то по верху. А крыши были черепичными. Воин подбежал к крыльцу длинного здания без окон на первом этаже и остановился.
— Мы прибыли, могучий!
— Хорошо! Иди, предупреди о нас! — Он скрылся внутри, мы все спешились, но я решил идти за стражником.
Я вошёл в здание и попал в комнату размером пять на пять, примерно, стены и потолок были побелены, а пол был серым. Похоже на бетон, но кривой, а стены типа мазанки, как дома в старину на селе. Меня, от общего пространства комнаты, отделяла решетка от пола до потолка, эдакий тамбур. Обстановка в комнате была спартанской. В решетке была дверь, прямо. Сбоку за решеткой стоял стол, больше ничего в комнате не было. За столом сидел старый, толстый, клыкастый негр и дремал. Его шлем лежал на столе, ни оружия, ни амуниции при нём не было. Этот упырь положил ноги на стол, откинулся на стуле и беззастенчиво храпел. Воин, за которым я пришёл, пытался его разбудить, просунув руку через решетку и дергая за ногу. Я отстранил воина и подошёл к решётке.
— Вот, видишь, как надо службу нести!
— Я тебя не понимаю, могучий!
— Тогда забудь! — Я махнул рукой. — Иди, вон, на свой пост, занимайся! — Я кивнул головой в сторону городских ворот. Тот кивнул и вышел. И что мне делать? О!
На столе стоял стакан с жидкостью. Я притянул жидкость к себе и под давлением воздуха, жидкостью срезал кончик большого пальца на ноге. Я не знаю с чего я такой кровожадный стал, но какого хера он дрыхнет, вывалив на стол грязные вонючие ноги. Тюремщик заорал и подпрыгнул, потом сфокусировал взгляд на мне. Кровавая пелена в глазах, быстро уступила смену ужасу, он ещё не понял до конца кто перед ним, но ему уже стало страшно.
— Я прикажу тебя казнить, сегодня же! — Я говорил тихо и он затаил дыхание, чтобы слышать меня. — На колено!!
Он спохватился и рухнул на колено.
— Не вели казнить, могучий! Виноват я, не казни!
— А ну встать! Сколько разумных у тебя содержится?
— Э-э, трое миа'сов, четверо джорини и ещё трое каких-то бледнолицых!
— Открывай, буду инспектировать! — Он вскочил и открыл дверь в решётке, я вошёл. — Ну показывай где кто, мы тебе ещё одного очень ценного пленника привезли!
Мы пересекли комнату, он открыл дверь и перед нами появился коридор, по сторонам которого были двери. Тюремщик открыл одну дверь, я зашёл в проём и остановился на входе. В камере сидели миа'сы, трое. Сама камера была печальной, на полу лежала солома, в углу в полу была дырка, а под потолком маленькое окошко. Я вышел из камеры, воняло там жутко, меня чуть не вывернуло, не хватало ещё обблеваться в коридоре. Весь образ коту под хвост.
Тюремщик закрыл камеру и открыл следующую, там сидел джорини, сама камера не отличалась от первой. Посмотрел следующую, тоже джорини, но женщина, причём даже девушка. В четвёртой было две девушки джорини. На всех "зеках" были браслеты на ногах.
Всего камер на одной стороне четыре, значит наши напротив. Тюремщик открыл первого, я сразу понял что это депутат. Он ходил по этим двум квадратам площади взад-вперёд и никого не замечал. Двое других, тоже сидели раздельно, но были сильно истощены. Один не смог встать, второй поднялся только на четвереньки. Тюремщик пытался подмолодить их ногами, но я его рвение пресёк. На моих земляках тоже были браслеты.
— Эта пустая? — Я ткнул посохом на последнюю камеру.
— Да, могучий!
— Вот в неё и посадим пленника!
— Ты один здесь?
— Да, могучий!
— Значит мы усилим охрану сами!
— Тебе есть где нас разместить?
— Да, могучий, у нас на втором этаже есть свободная комната!
— Я не один! Пошли со мной, оставь эту дверь открытой! — Он кивнул и мы направились на выход.
На улице ничего не изменилось, я повернулся к тюремщику.
— Иди приготовь нам комнаты, а мы пока пленника отведем! Нам тут не долго ждать, скоро за нами прилетит шершень и мы заберём с собой этого и тех троих, в столицу! Понятно?
— Да, могучий! А что это у вас за колесницы такие чудные?
— Может тебе ещё один палец укоротить? Я ведь казнить ещё не передумал!
