Алкс увидел врага, когда возвращался с не слишком удачной охоты и, неся в холщовом мешке лишь одного серого клинохвоста, рассчитывал восполнить недостаток добычи массивными грибами, иногда растущими на подгнивших стволах ликров. Путь до ликровой рощи был неблизким - сначала через поросший густым игляком распадок, а затем через болото, и идти туда совсем не хотелось, но ожидание упреков Г'Ли и наказания от вождя заставили его свернуть с привычного пути.
Алкс увидел врага, когда возвращался с не слишком удачной охоты и, неся в холщовом мешке лишь одного серого клинохвоста, рассчитывал восполнить недостаток добычи массивными грибами, иногда растущими на подгнивших стволах ликров. Путь до ликровой рощи был неблизким - сначала через поросший густым игляком распадок, а затем через болото, и идти туда совсем не хотелось, но ожидание упреков Г'Ли и наказания от вождя заставили его свернуть с привычного пути.
Уже преодолев заболоченную низину и поднявшись на каменистую кручу, он столкнулся лицом к лицу с амраном. На синем лице одетого в полосатую шкуру врага появилось выражение удивления, но уже в следующее мгновение он навел на Алкса огнестрел. Шансов на спасение почти не оставалось - заряды для ружья закончились тогда, когда он не смог попасть в стремительно вспорхнувшую чернокрылку, да и времени снять оружие с плеча не было. Алкс бросился в сторону, намереваясь резкими рывками добраться до перелеска, но в следующее мгновение услышал утробный рык, а вслед за ним выстрел, истошный вопль и звук падающего тела. Обернувшись, он увидел большеголового ящера, повалившего амрана, который отчаянно пытался оттолкнуть клыкастую пасть зверя от горла.
Первым устремлением было бежать - быстро и не оборачиваясь, чтобы оказаться в дремучих зарослях, а потом в болоте и снова на пути к дому, но... Алкс не отдавал себе отчета в том, что заставило его изменить решение - наверное, он представил себе, что рядом с ним не амран, а соплеменник и товарищ по совместной охоте, а ящер - их общий враг. Он бросился назад и, подняв упавшее из рук амрана ружье, изо всей силы обрушил приклад на голову зверя, челюсти которого уже смыкались на шее жертвы. Чудовище ослабило хватку, но, когда амрану удалось вывернуться и вскочить на ноги, с яростным рыком приготовилось к новому броску, а из леса выскочили два других ящера. Амран поднял ружье, но пользы от него было не больше, чем от обычной палки, и попытка бегства тоже стала бессмысленной. Повинуясь инстинкту самосохранения, заставляющему выбирать из двух зол меньшее, Алкс схватил за руку амрана и отчаянно рванулся к обрыву...
Следующие несколько мгновений, когда они катились по крутому косогору, цепляясь за камни и корни деревьев, пронеслись словно во сне. Боль и шок пришли позже, когда они уже лежали на берегу стремительного потока, глядя друг на друга и пытаясь приподняться. Наконец, Алксу удалось привстать, припадая на пронзаемую адской болью левую ногу, и сполоснуть ледяной водой разодранные руки. Амран тоже со стоном подполз к ручью и принялся жадно пить, одновременно смывая кровь с лица и шеи.
- Ты... меня спас. Спасибо... Почему? - наконец пробормотал он. Несмотря на другое наречие, его слова были вполне понятны.
- Не знаю, - ответил Алкс. Он не мог объяснить своего поступка даже самому себе и испытывал труднопреодолимое желание схватить первый попавшийся камень и размозжить врагу голову, вспоминая прошлогоднее нападение амранов на родное село, но поймал себя на мысли "Но ведь и мы на них нападали. А он, наверное, такой же охотник, как и я... И как мне... и ему... теперь возвращаться, если даже просто ходить не получается?". Он вспомнил о болтающемся на поясе бурдюке. Толстая шкура лесного быка выдержала падение, и внутри оставалось еще достаточно забродившего сока, всегда помогающего расслабиться и забыться в трудные минуты или просто почувствовать, что жизнь не так уж плоха, несмотря ни на что. Сделав несколько жадных глотков терпкого кисло-сладкого напитка, он присел на гладкий камень и ощутил, как боль и тревога отступают, а по телу разливаются приятное тепло и истома.
Амран нерешительно отползал, с недоверием глядя на него. "А ведь он тоже... как же боги говорили? Человек? Нет... это они себя так называли, а нас... да, тоже разумное существо, только другой расы... А что такое раса? Это то, что у нас кожа зеленая, а у них синяя и шерсть на теле растет, но мы должны жить в мире...". Хромая, он направился к амрану. Тот схватился за камень, но, видя поднятые в жесте мира руки Алкса, отбросил булыжник в ручей.
- Выпей, легче станет, - Алкс протянул ему бурдюк. Амран неуверенно принял дар и, отхлебнув, отчаянно закашлялся и произнес:
- Слишком крепко. Надо воды добавить.
Впрочем, вскоре он немного расслабился и сел на упавшее дерево, потирая ушибленный бок.
- Тебя как зовут? - спросил Алкс.
- Дж. Боги длиннее звали - Джимми или Джеймс, как одного из них.
- А меня Алексеем назвали, только выговаривать трудно, поэтому просто Алкс.
- Ваши боги злые. Они заставляют вас одному вождю подчиняться, который всех неугодных убивает и вам свободы выбора не дают. Вы, руски, неправильно живете, - вновь озлобился амран.
