— Глеб! — Произнесла Айанна и шагнула навстречу мужу.
Он пошёл навстречу и обнял мгновенно разревевшуюся девушку, из которой все накопившиеся за долгий год эмоции хлынули неудержимым потоком. После невыносимо долгой разлуки тот, кого она любила всей душой, наконец-то вернулся. Айанна обняла его крепко-крепко, чтобы он больше никуда от неё не делся.
В этот момент в комнату, ведомый за руку величем, вошёл маленький Святослав. Он успокоился и радостно смеялся, увидев отца. Велич подвёл ребёнка к родителям и деликатно покинул комнату.
Глеб поднял маленького сына на руки и обнял жену. Его сердце наконец-то успокоилось, он ощутил полный покой и умиротворение. Его жена и маленький сын — единственные в этом мире, кого он по-настоящему любил. И для себя Глеб решил, что с этого дня он не будет больше расставаться с ними на длительное время.
— Ты даже не представляешь, как я рада! — Прошептала Айанна, всхлипывая.
— Я тоже, родная. — Ответил Глеб, обнимая её и старательно сдерживая слёзы. — Я тоже.
До самого вечера они были вместе, не отпуская друг друга ни на секунду. Айанна рассказывала всё, что произошло с ней, делилась тем, что накопилось за целый год, но больше всего она говорила, как рос Святослав. Глеб ни на секунду не прекращал улыбаться, обнимая маленького сына и слушая, как Айанна с любовью про него рассказывает.
Сам же Глеб практически ничего не рассказал жене. Ведь абсолютно всё, что касалось его путешествия, граничило со смертью, а пугать свою любимую жену он не хотел. Но она выросла в степи и не была слишком изнежена высоким обществом, тем более, что в Каганате все высокородные — превосходные воины и военачальники. И она знала о грядущей войне, потому смогла заставить Глеба рассказать ей хотя бы самое важное.
Айанна многое знала от Кагана и от величей, тем более всё, что касалось императора Гардариканского, разносилось по миру с невероятной скоростью. Но, слушая из уст своего мужа о сражении с богом, путешествии по северным островам и восточным государствам, она переживала так, словно слышала всё впервые.
— Ты слишком много выносишь на себе, — причитала она, — у тебя ведь очень много слуг, которые бы сами со всем справились.
— Если бы так было, родная, я бы не появился в этом мире, — ответил Глеб, — и мне бы не пришлось решать вопросы напрямую с богами.
— До сих пор поверить не могу, что ты сражался с настоящим богом. — Произнесла Айанна. Степняки очень набожны, и потому ей было трудно представить, что кто-то смертный может биться с богом и уцелеть.
