Семнадцатое Движение есть Движение Самопроизвольного Вращения. Посредством этого движения радующиеся движению и благоприятно размещенные тела повинуются своей природе и следуют сами за собой, а не за чем-либо другим, и как бы сами себя охватывают. Ибо тела, как мы видим, или движутся без предела, или совершенно покоятся, или устремляются к пределу, где они сообразно своей природе или вращаются или покоятся. И если тела размещены благоприятно и радуются движению, то они движутся по кругу, т. е. вечным и бесконечным движением. Те же тела, которые размещены благоприятно и боятся движения, совершенно покоятся. А те тела, которые размещены неблагоприятно, движутся по прямой линии (как по наиболее короткой дороге) к общности с телами, соприродными им. У этого движения вращения есть девять отличий. Первое отличие – в его центре, вокруг которого движутся тела; второе – в его полюсах, на которых они движутся; третье – в его окружности, или объеме, зависящее от того, насколько тела отстоят от центра; четвертое – в их возбуждении, зависящее от того, быстрее или медленнее они вращаются; пятое – в следовании движения, например с востока на запад или запада на восток; шестое – в отклонениях от совершенного круга по спиралям, дальше или ближе отстоящим от его центра; седьмое – в отклонениях от совершенного круга по спиралям, ближе или дальше отстоящим от его полюсов; восьмое – в большем или меньшем расстоянии между его спиралями; девятое и последнее – в изменении самих полюсов, если они подвижны; но само это изменение уже не относится к вращению, если не совершается по кругу. По общему и укоренившемуся мнению это движение считается свойственным небесным телам. И все же относительно этого движения идет большой спор среди некоторых ученых как из числа древних, так из числа новых, которые приписывали вращение земле. Но, пожалуй, много справедливее был бы спор (если только не признать вопрос совершенно бесспорным), заключено ли это движение (если допустить, что земля стоит) в пределах небес или оно скорее спускается оттуда и сообщается воздуху и воде. Вращательное же движение в метательных снарядах, как в дротиках, стрелах, пулях и тому подобном, мы целиком относим к Движению Освобождения.
Восемнадцатое движение есть Движение Дрожания, которому в том виде, как его понимают астрономы, мы не придаем много веры. Но так как мы старательно разыскиваем повсюду естественные устремления тел, то нам встречается это движение, и его надо выделить в особый вид. Это есть как бы движение вечного плена, то есть заключающееся в том, что тела, размещенные не вполне благоприятно для своей природы и все же не вполне плохо, постоянно дрожат и беспокойно движутся, не будучи довольны своим состоянием и не решаясь продвинуться дальше. Это движение встречается в сердце и пульсе животных. Оно неизбежно должно существовать во всех телах, которые пребывают в колеблющемся состоянии между благоприятным и неблагоприятным, так что, будучи приведены в расстройство, они пытаются освободить себя и снова претерпевают неудачу.
Девятнадцатое и последнее движение таково, что ему едва ли подходит название движения, и все же оно вполне есть движение. Это движение можно назвать Движением Отдыха, или Движением Отвращения Перед Движением. Посредством этого движения земля покоится в своей массе, в то время как ее крайние части движутся по направлению к середине – не к воображаемому центру, но к соединению. Вследствие этого же стремления все сгущенные в большей степени тела отвращаются от движения, и единственное стремление у них – это не двигаться, так что, если даже их побуждать и вынуждать к движению бесчисленными средствами, все же они, насколько могут, соблюдают свою природу. А если они вынуждаются к движению, они все же явно стремятся снова обрести свой покой и свое состояние и не двигаться больше. В этом они проявляют бодрость и домогаются этого достаточно упорно и стремительно, словно утомленные и не терпящие никакой отсрочки. Однако изображение этого устремления можно различить только отчасти, ибо вследствие воздействия и влияния небесных тел все осязаемые вещества у нас не только не сгущены до предела, но даже смешиваются с некоторым духом.
