— Конкретные уродства нет, а вот склонность к оным передаётся, правда, ещё не выявлена цикличность. Но что она есть, уже доказано надёжными исследованиями.
— Однако вернёмся к Кате Землянской. Я знаком с её родителями, они прекрасные учёные, я постоянно с ними общаюсь, особенно сейчас, когда они заняты токопроводящими пластиками, вернее монокабелями, где наружная часть диэлектрическая, а внутренность токопроводящая.
— Я знаю, чем они занимаются. Говори о деле.
— Если о деле, то ты вот так, спокойно, пустишь в семью дочь разночинцев?
— Пущу. Во-первых, родословную Землянских проверили до эпохи Василия Второго и отклонений не выявили. Во-вторых, у Землянских нет влиятельных родственников, что гарантирует Андрею спокойную семейную жизнь. В третьих, девочка необычайно умна, совсем как моя Наталья Алексеевна. И наконец, кровь. Кровь Центральной Европы, которая преобладает в Андрее, встретится с кровью Восточной Европы, текущей в жилах Кати.
— А ты, как всегда, считаешь на несколько шагов вперёд, Павел Петрович!
— Приходится, мой друг! Такая у меня работа.
Потом пришли наши супруги, и мы принялись музицировать, исполняя самые любимые свои произведения.
Русский император продемонстрировал небывалую скромность — он поселился в моём доме, не слишком большом даже для простого гроссмейстера Ордена.
Турецкий владыка обосновался во дворце Великого магистра, а шах Ирана предпочёл не съезжать из своего плавучего дворца. Да и то сказать, «Алая роза» возвышалась над портом, кораблями и всей приморской частью Валлетты, как жеребец благородных кровей возвысился бы над стадом степных лошадок.
В Валлетту приехали и главы всех государств Средиземноморья, дабы пользуясь случаем, обменяться мнениями о текущих делах и планами на будущее.
Мой дом никогда раньше не подвергался такому нашествию важных людей разных стран, и вряд ли когда-либо ещё подвергнется. Канцелярия русского императора составила чёткий график приёма властителей различного уровня, и они приходили в отведённые им часы. Были тут шахи и султаны Северной Африки, французский император, итальянские короли, балканские владыки, ещё не отдавшие свои короны турецкому султану, были папские легаты, герцоги микроскопических германских государств… Павел Петрович демонстрировал широту взглядов, а может просто хотел составить личное впечатление от того, что представляют собой сильные мира сего, этой эпохи, и принял всех.
Султан и шах тоже вели приём «младших коллег», и делали свои выводы.
А о серьёзных делах великие властители великих держав говорили между собой. Им было о чём говорить: во внезапно изменившемся мире бывшие великие державы: Великобритания, Франция, Испания, Португалия, Голландия, Бельгия, Австро-Венгрия внезапно исчезли с политической карты мира.
Вернее, дело было так: Испания и Португалия давно растеряли своё величие и увязли в бесконечных внутренних склоках, то и дело переходящих в гражданские войны. Голландия и Бельгия моментально зачахли, когда у них отняли колонии, запретили доступ в эти колонии и захват новых. И вдруг выяснилось, что уровень жизни в Голландии без колониального грабежа, вдруг упал до уровня беспросветно нищей Швеции.
Австро-Венгрию, было дело, уронил я. Зато теперь в тех местах динамично развивались Венгрия и Австрия. Венгрия под турецким протекторатом стала развивать промышленность и сельское хозяйство. Как и в том будущем, венгерские консервы проявили себя с лучшей стороны. Австрия тоже стала развивать промышленность, и выбрала своей специализацией моторостроение. А в политическом плане Австрия стала подтягивать к себе бывшие свои земли и земли никогда ей не принадлежавшие. Вся Северная Италия и большая часть Германии стали близкими союзниками Австрии, образовав что-то вроде Европейского Союза с прозрачными границами и перетеканием рабочей силы. Но это полдела! Эльзас, Лотарингия, Франш-Конте, Шампань и Бургундия заключили с Австрией договора о взаимопомощи, и теперь успешно толкались локтями с остальной Францией, не желая входить в наполеоновскую империю. Французы и хотели бы вернуть те области силой, но вот беда: за спиной Австрии маячила Россия, причём не иллюзорно, а в виде флота на море и полков, размещённых на ротационной основе в столицах мятежных провинций. И всем выгодно: Россия получает плату за военную помощь, французы получают безопасность, а австрияки получают политические преференции: это они договорились с Россией.
