Весной 484 г. Илл, проведший зиму в Никее, открыто объявил о свержении Зенона, освободил Верину из монастыря и заставил служить собственным целям. Брат Зенона Лонгин, которого 10 лет Илл удерживал фактически в своем плену, невзирая на многочисленные просьбы императора вернуть его, тоже был насильственно «пристегнут» к заговору. Исавр освободил также Маркиана, направив того в Италию к Одоакру за помощью, и обратился с аналогичными предложениями к армянским и персидским магнатам. К чести германца, он категорически отказался изменять своему монарху, но армяне и персы охотно откликнулись на зов Илла[1078].
Понимая, что Римское государство уже пресыщено властью исавров и его кандидатура не найдет ничьего сочувствия, Илл задумал верный план. Он решил сохранить свое влияние могущественнейшего человека в Империи, прикрывшись кандидатурой Леонтия, которого предусмотрительно взял с собой в свиту. Первый враг Илла – Верина также оказалась удивительно кстати[1079].
Все объяснялось предельно просто: Илл и его друзья прекрасно понимали необходимость обеспечить легитимный приход к власти нового императора. Вновь произошла чудесная метаморфоза: вчерашние враги стали друзьями, и 19 июля 494 г. была проведена коронация Леонтия, которую благословила царица Верина. По дороге она рассылала от себя послания следующего содержания: «Верина, царица, нашим правителям и христолюбивым народам. Вы знаете, что царство принадлежит нам и что по кончине мужа моего, Льва, мы избрали царем Зенона, в надежде, что он устроит благоденствие подданных. Но, видя беспорядки, подрывающие государство, нашли необходимым венчать вам царя-христианина, украшенного благочестием и правосудием. Мы венчали на царство благочестивейшего Леонтия, который покажет себя достойным вас своим попечением о благе вашем».
Эта сакра впервые была прочитана в Антиохии, и, надо сказать, многие римляне радостно приветствовали нового императора, благословляя Леонтия[1080].
Многие, но далеко не все. Сирийский город Халкида не принял его власти, и префект претория Элиан начал против него военные действия. Илл направил отряд всадников в Месопотамию, но жители Эдессы не приняли посланцев и закрыли ворота. Выяснилось, что расчет Илла и Верины на повсеместное неудовольствие императором оказался ошибочным. Наверное, Зенона действительно не очень любили, но не находили никаких достоинств и у его «преемника». По-видимому, этот критерий (его безвестность на Востоке) оказал решающее влияние, поскольку с точки зрения римской политической практики, следы которой обнаружатся при следующем царствовании, Верина имела правовые основания передать Леонтию верховную власть, как бывшая царица. Если понимать под «правовыми основаниями» негласный правовой обычай и специфику римского правосознания.
Ответные меры императора Зенона были на удивление своевременными и точными. В первую очередь царь выгнал из города всех сторонников Илла, то есть исавров, конфисковал их имущество и продал на аукционе. Вырученные деньги он направил в Исаврию, объявив их ежегодным денежным пособием от Константинополя своей стране, то есть фактически перекупив ее верность. Против Илла он направил полководца Иоанна-скифа, снарядил сильный флот и договорился с Теодорихом Великим о том, что германская армия пойдет против узурпатора. Вдруг выяснилось, что против заговорщиков действует сильное и хорошо оснащенное войско, с которым трудно тягаться.
Первыми почувствовали это на себе Папим, начальник конницы Илла, и его оруженосец Артемидор, которых наголову разбил Иоанн-скиф. Деньги, поступившие в Исаврию от Зенона, довершили дело: недавние соратники Илла стали предавать его один за другим; через короткое время у того оставалось не более 2 тысяч воинов – сила смехотворная для того, чтобы бороться за власть с Зеноном.
Бросив все, Илл укрылся в крепости Херрис, в Исаврии, куда немедленно вызвал из Антиохии узурпатора Леонтия и Верину. Наверное, исавр еще верил в свою счастливую звезду и надеялся на успешный исход кампании, почему и сохранил при себе «царей». Поняв, что наступил перелом в войне и гибель Илла – вопрос времени, осторожный Зенон тут же отослал Теодориха Великого обратно, сославшись на то, что победа уже достигнута имперскими войсками. На должности разжалованных заговорщиков он опять назначил в армию своих соплеменников, несмотря на то, что только что едва не стал жертвой их алчности и продажности. Но, очевидно, других союзников у Зенона не было. Магистром оффиций стал некий Лонгин, а магистром армии – Коттомен. В 485 г. императора ждала, наконец, радость от встречи с родным братом Лонгином, каким-то образом умудрившимся вырваться из плена Илла и добравшимся до Константинополя[1081].
