Однако опасность ожидала римлян не только на Севере. Покой восточных провинций Римской империи систематически нарушали исавры, проживавшие на южном побережье Малой Азии, между Памфилией и Киликией. Это племя слабо поддавалось культуре вследствие своей труднодосягаемости и издавна стяжало славу разбойников и храбрецов. Уже в I в. римлянам пришлось столкнуться с исаврами, и впоследствии они захватили эту область. Однако трудности колонизации были столь велики, что какое-то время Исаврия переходила от одного правителя к другому; наконец, при императоре Диоклетиане она была выделена в отдельную административную единицу. Но и к IV в. исавры были далеко не покорены Римом. Они по-прежнему славились как дерзкие, быстрые, невероятно проворные воины, питающиеся грабежами и разбоем, и римские солдаты считали за благо удовлетвориться тем, что загоняли их в родные ущелья, бдительно сторожа выходы из них[449].
Вскоре, вследствие варварских набегов, римская колонизация за пределами Империи была практически уничтожена: готы захватили Дакию, и германцы, теснимые ими, громадными толпами устремились в глубь территории государства. Противопоставил этой экспансии Рим немногое: его военные силы были уже истощены, поэтому, чередуя отдельные удачные военные походы с поражениями, Римское правительство старалось бороться с варварами уже ставшими традиционными средствами. От них либо откупались, либо предоставляли захваченные германцами земли для их расселения, сохраняя эти территории в составе своего государства и обретая новых, хотя и беспокойных, непокорных, но все же подданных.
Ранее полноправными гражданами Рима считались лишь сами римляне, представители остальных национальностей, если они подчинялись Риму в силу войны, оказывались в положении рабов. Но выработавшееся постепенно jus gentium («право народов») сгладило неравенство правового положения этой категории лиц и римлян. Дальше – больше: сама государственная власть предпринимала активные меры по приближению к себе варваров, открывая им двери на военную службу и, следовательно, в элиту Империи. До некоторого времени обретение правового статуса, почти равного статусу римского гражданина, не затрагивало публичных институтов власти. Варвары могли свободно проживать на римских землях, где им было разрешено участвовать в гражданском обороте, их права защищались римским законом, но при этом они никак не влияли на политическую систему Империи и не обретали публичных обязанностей римских граждан, с наличием которых органично была связана политическая карьера.
Это была необычная, но закономерная и естественная картина. Сознание германцев этого времени было еще не столь развито, чтобы думать об образовании самостоятельных государств. Они продолжали жить в форме племенных союзов, и их вполне устраивало такое положение дел: римская власть не вторгалась в вопросы внутренней организации их быта, не претендовала на древние германские правовые и общественные традиции и даже предоставляла целый ряд прав. Если варвар вдруг оказывался вне мест своего нового проживания, он не чувствовал себя в чем-либо обделенным по сравнению с остальными подданными Римского государства.
Помимо этого, они были очарованы римской культурой и теми благами, которые она им предоставляла. Взамен требовалось совсем немногое: варвары были обязаны защищать территории, на которых они расселились, поставлять в римскую армию волонтеров и соблюдать правила соглашения, по которым им дозволялось жить на римской земле. Вопрос о получении политических прав был безынтересен для них, поскольку весь круг их интересов был полностью и целиком сосредоточен на внутриплеменных проблемах.
Уже не отдельные группы пленных варваров, а целые племена – пока еще с согласия императоров – становились подданными Рима: при императоре Галерии (305—311) на правый берег Дуная переселилось целое племя карпов, св. Константин Великий выделил Паннонию для размещения сарматского племени язигов, а более 300 тысяч готов расселились во Фракии. Вместе с готами право жительства в Паннонии получили также германцы вандальского племени, первоначально жившие на берегах реки Вислы. При императоре Юлиане Отступнике франки окончательно завоевали Галлию и получили от императора официальное разрешение на владение этими землями.
Хотя свободные варвары и считались к тому времени почти полноправными гражданами, законом их браки с римлянами были строжайше запрещены, а мерой наказания за это являлась смертная казнь. Нередко полагают, что это была роковая ошибка – варвары вынужденно «варились в собственном котле», не имея возможности ассимилироваться с римскими гражданами. Но, с другой стороны, численное превосходство германцев было уже таким, что при разрешении смешанных браков они легко поглотили бы самих носителей имперской культуры.
