Я сходил за гитарой и исполнил романс Владимира Карачевского «Научите меня понимать красоту», который прозвучал в фильме «Мусорщик» в 2001 году. Там есть такие прекрасные слова:
«Научите меня, понимать красоту
Отучите меня, от тоски и от лени
Проявите ко мне, в сотый раз доброту
Я ваш раб, но не ставьте меня на колени…»
Высоцкий всё исполнение слушал меня молча. С утра мой голос звенел мощно и сама эта песня всегда вызывала у меня мурашки на коже.
— Вот это мощь, вот это сила, — сказал Владимир, когда я закончил выступать.
— У тебя не хуже, — сказал я, обставляя гитару в сторону. — Я редко пишу для себя. А у тебя талантище. И такой загубить в сорок два года? Но теперь это в прошлом, хотя оно могло стать трагическим будущим.
Мы поболтали ещё минут пятнадцать, а потом Владимир ушёл. Ему надо было лететь на съемки в Одессу, а мне лететь в Ниццу, где меня ждали четыре любопытные сороки. Я Высоцкому сказал только про двух. Зачем пугать человека своими сексуальными подвигами? А идея про двоих женщин ему очень понравилась, я это заметил. Посмотрим, что из этого получится.
Мои жёны меня, действительно, ждали.
— Как прошло лечение? — спросила Солнышко, целуя меня, а за ней и три других.
— Вылечил, — ответил я. — Оставил только тягу к сигаретам. Должен же мужчина хоть что-то делать?
Все рассмеялись, а потом мы стали решать, что мы будем делать до обеда.
— Я предлагаю взять в аренду катер, — сказал я, — и отправиться к одному небольшому необитаемому островку, где можно позагорать голышом.
Идея была встречена с радостью и одобрением и мы стали собираться. На пляже я арендовал быстроходный катер, заплатив кругленькую сумму залога. Который мне потом вернут, когда я верну катер. После чего мы все залезли в него и отправились в своё первое морское путешествие. Девчонкам такая поездка очень нравилась.
Я ещё вчера изучил карту морских прибрежных глубин и выбрал себе группу островков, расположенных в пятнадцати милях от берега. Вот туда мы и направлялись. Мне сегодня хотелось скорости. Я мог бы взять, купленный вчера, Роллс-Ройс и устроить настоящие гонки, но решил их заменить морской прогулкой. Когда нас на скорости подбрасывало на волне, девчонки начинали радостно визжать. Вот тебе и гонки. Тут даже солёные морские брызги попадали в лицо и вызывали непередаваемые ощущения.
До островка мы добрались минут за тринадцать. Вокруг никого не было. Только пальмы, песчаный пляж и море. Девчонки тут же поснимали с себя купальники и бросились голышом носиться по пляжу, весело смеясь. Потом намазались кремом и стали загорать. Я тоже снял плавки и лёг рядом. Перед этим я просканировал обстановку в радиусе полутора километров. Ни одной живой души вокруг нас не было. Значит, можно спокойно ходить голыми, не боясь никаких папарацци. Высоко в небе на Солнце блестела маленькая точка. Это была не птица и не облако. Это был ЛА атлантов. Они круглосуточно теперь наблюдали за нами. Но я на это не уже обращал никакого внимания. Значит, так надо.
А потом мы купались. Вода была прозрачной, чуть голубоватой. Недалеко в воде я почувствовал какую-то большую рыбу. Я не стал рисковать и отогнал её волной ужаса, направленной ей прямо в её маленький мозг.
Вот это настоящий рай. Девчонки даже болтать перестали от удовольствия. Так как была суббота, Ди отпросилась у мамы на выходные к нам. Вон Наташе хорошо, ей уже двадцать. Ей ни у кого отпрашиваться не надо. Да и с мамой, благодаря мне, она уже не живёт. А вот Ди это приходилось делать регулярно. Даже Маша в этом вопросе была более свободна, чем моя английская подруга.
Так мы провели час и решили, что теперь всегда здесь будем отдыхать. Девчонки у меня хорошо подзагорели и стали похожи на четыре аппетитные мулатки-шокололадки. Ещё чуть подкоптятся и можно будет с ними «Ламбаду» исполнить. А что тянуть? Португальский я не знал, но слова песни помню хорошо.
— Эй, мулатки-шоколадки, — позвал я всех, — я песню сочинил. Про море, солнце и любовь. Кто её исполнит? Она для женского голоса.
Две мои солистки посовещались между собой и решили, что это будет Солнышко.
— Тогда надо будет две бразильские короткие юбки купить, — сказал я.
— Я видела недалёко от нашей виллы магазин, где много латиноамериканских вещей, — сказала Маша.
— Отлично. Тогда ты, раз не поёшь, будешь греметь маракасами и крутить своей аппетитной загорелой попой на сцене.
Все рассмеялись, а Маша стояла довольная. Крутить попой она любила.
— В таком случае, возвращаемся, — скомандовал я. — Песня вам точно понравится.
По дороге мы купили в небольшом магазинчике всё необходимое для танца. А дома, в комнате без окон, мы начали репетицию. Я сыграл и спел Lambada и девчонки были от неё в восторге.
— А какой это язык? — спросила Ди.
— Португальский, — ответил я.
— Ты и его знаешь? — спросила Наташа.
