Мы сели за квадратный стеклянный стол друг напротив друга. Солнышко была вся в бриллиантах и в красивом платье от Channel. Это они там что-то примеряли и хотели в этом пройтись по вечерней по Ницце. Ничего, зато мама посмотрит, как я одеваю свою жену. По взгляду мамы я догадался, что она знает приблизительную сумму того, что надето на Солнышке.
— Я сказал родителям, что ты беременна, — огорошил я свою подругу, — но больше ничего не сказал. Я оставил право огласить вторую новость тебе.
— А что за новость? — спросила мама.
— У нас будет двойня, — сообщила улыбающаяся Солнышко.
— Вот это новость, так новость, — обрадовался папа. — За это надо выпить.
— Мы не пьём, — ответил я. — Мы с вами соком только чокнемся.
Все чокнулись и выпили. Солнышко полностью успокоилась и с удовольствием ела фаршированную щуку, мамино фирменное блюдо. Было заметно, что моя невеста и папе, и маме очень понравилась. Они с мамой стали о чём-то беседовать, а папа спросил меня:
— Так ты теперь вхож в кабинет к самому?
— Только что оттуда, — ответил я и протянул ему фотографии. — Выбери себе две на память.
— Ого, и Устинов с Андроповым рядом.
— Андропов тебе генеральскую должность приготовил и через год-полтора в Москву отзовёт уже на новую большую должность.
— Да, ты теперь в большой в политике вращаешься. Я вот только не понял, зачем ты космические корабли к американцам отправил.
— Так они развязали ядерную войну и послали в сторону СССР более семисот ракет с ядерными боеголовками. Мои летательные аппараты их уничтожили, а потом я отправил их показать американцам, кто на планете Земля нынче хозяин.
— У меня это всё с трудом укладывается в голове. Но видя ваши мгновенные перемещения из Москвы сюда и обратно, я понимаю, что это правда.
— Если тебе нужна какая информация по американцам, ты мне позвони. Любую добуду, хоть шефа ЦРУ Тернера к тебе в гости приволоку.
— Это хорошая новость. Тогда посмотри, что есть на их разведку в Финляндии. У меня собрана часть информации по ним, но она неполная.
— Завтра сделаю. Только без фотографий. Это у меня пока не получается.
Мы ещё посидели, а потом стали собираться.
— Очень хорошая девушка, — шепнула мне мама на ухо перед расставанием. — И очень тебя любит. Береги её.
Когда мы вернулись, Маша с Наташей нас сразу обступили и засыпали вопросами.
— Мы были в гостях у родителей Андрея, — ответила на главный вопрос Солнышко. — Очень хорошие люди.
— Ты маме тоже понравилась. Она велела мне беречь тебя.
— Ну вот, одно знакомство состоялось, — сказала Наташа. — Про детей сказали?
— Да, сказали. Они этому известию очень обрадовались.
— Очень удачно получилось, что Солнышко была вся в бриллиантах и дорогом прикиде. Мама это всё правильно оценила. Там по времени Ди уже может быть в замке. Я быстро.
Ди, действительно, только вошла в спальню и удивилась, увидев меня. А потом увидела мою четвёртую Звезду и кинулась ко мне на шею.
— За что? — спросила она.
— Дома расскажу, — ответил я, подхватил Ди и мы оказалась в Москве.
— Девчонки, — стала, захлебываясь от переполнявших её чувств, рассказывать Ди, — тут такое в мире творится!
А девчонки как заржут и показывают на меня пальцем. Ди удивлённо посмотрела на меня и в её глазах промелькнуло понимание:
— Так это ты такой тарарам в Америке устроил?
— Так они по нам семьсот с лишним ядерных ракет запустили. Вот я им и показал, кто в доме хозяин.
— Ты и Луной, получается, командовать можешь?
— Там расположена база атлантов. Кто первый базу на Луне построил, тому и принадлежит планета. Я вас тоже туда скоро на экскурсию свожу. Ди, тебе очередной подарок. Держи коробку. Ну что, все готовы? Тогда вперёд, на Лазурный берег.
Эта вилла нам уже стала вторым домом. Я тоже скоро жмуриться от удовольствия начну. Девчонки, оказывается, планировали погулять по Английской набережной. Себя, так сказать, показать и других посмотреть. Я дома успел скинуть пиджак и остался в рубашке-поло. Мы продолжали скрывать своё инкогнито. Только Наташа могла себе позволить ходить без бейсболки и очков, потому, что она не была поп-звездой. Ди тоже многие знали в лицо, поэтому ей тоже не особо хотелось быть узнанной, тем более пере свадьбой с принцем Чарльзом.
Но долго нам спокойно гулять не дали. Пятеро восемнадцатилетних парней, решили, что это несправедливо, что у них нет ни одной девушки, а у меня их целых четыре. Я их давно засёк, поэтому шёл спокойно. Я шесть часов назад Америку на колени поставил, а этих-то юнцов вообще секундное дело.
— Девушки, — вышел вперёд самый наглый. — Бросайте своего задохлика и идите к нам, настоящим парням.
Смех моих девчонок его озадачил, но не насторожил. Дальше вышел я и уже не образно, а в прямом смысле, поставил этого наглеца на колени. Четверо его дружков пытались возмущаться, хотя так и не поняли, почему их товарищ встал передо мной на колени. Но через секунду они уже не задавали такой вопрос, так как все пятеро стояли на коленях. Мои жёны с интересом наблюдали за развитием ситуации.
После чего я снял бейсболку и очки и спросил:
— И кто здесь задохлик?
