Новый век начался с понедельника полностью

А все учителя дружно предрекали Иннокентию успешную карьеру юриста-экономиста.

В начале июня к удивлению родителей Кеша показал им сертификат о его зачислении в Московскую Финансово-Промышленную Академию!

Оказалось, что ещё в марте, в школе, Иннокентий прошёл весьма успешное тестирование у представителей этой академии по Обществознанию и Русскому языку.

На основании этого сын решил не мучиться и не искушать судьбу в лотерее поступления на бюджетное отделение другого ВУЗа, и не садиться ещё на пять лет на шею родителей.

На семейном совете Платон и Ксения поддержали решение Кеши пойти работать и учиться, а также самому платить за своё обучение. На том и порешили.

Однако Платон, в качестве поощрения сына и обеспечения ему финансового задела, сам оплатил первое полугодие его учёбы.

С августа Иннокентий пошёл работать, с сентября – учиться. Он долгое время скрывал от родителей, что работает барменом. Но, когда это неожиданно вскрылось, к его радости, реакция родителей была вполне адекватной и доброжелательной. Кеша планировал на этом месте проработать до совершеннолетия.

А пока вернулась из первого отпуска Надежда Сергеевна, и сразу же ударилась в рассказы. Однако Платон, пользуясь технической возможностью, старался почаще отсутствовать в своём соседнем помещении, но не всегда это удавалось. Со временем на болтовню Надежды он стал реагировать, как на шум дождя.

Теперь же, наслушавшись её восторженных рассказов, Платон подумал:

Да! Неплохо было бы съездить и мне в туристическую поездку по Египту, посмотреть на родину своих древних прародителей!

Теперь также стало совершенно очевидным, что свой ревматоидный полиартрит (RA) ему необходимо лечить в климате жарких стран.

Для этой цели вполне подходил и хорошо освоенный российскими туроператорами Египет.

От RA к богу Солнца Ра: горячим пескам под Солнце Египта – шутил про себя Платон. Впереди его бы ждала земля далёких предков.

И так заканчивался бы почти трёх с половиной тысячелетний круг истории.

С началом летнего сезона Платон вывез кошек на дачу.

Кот, испорченный городской жизнью, по приезде за город вскоре отметился точкой когтей не на коре дерева, что с видимым удовольствием делали ранее его приехавшие кошки – его мать Юлька и старшая сестра Муська, а привычным дранием жёстких матерчатых подстилок на стульях.

Но более всего Тихона ждал шок в другом.

Удивлённый Тихон никак не мог понять, как это? Три кошки: всегда привычная к оплодотворению мать, хоть и разные, но все красавицы сёстры, а толку нет. Никак у него с ними не получается.

Полный своих сексуальных забот, кот и не подумал направить свою похоть за пределы дачного участка в поисках других кошек.

Поутру Платон пытался пошалить с женой, но та не далась, ссылаясь на недосып.

– «Ну, ладно! Я пошёл выносить тогда туалетную воду!» – хоть как-то отшутился озадаченный муж.

Через несколько дней Платон спросил жену:

– «Ксюх, а ты знаешь, что я сейчас подумал?».

– «Что?».

– «У нас с тобой сексуальные отношения стали как у Тишки с Муськой!».

– «Как это?».

– «Ну, он хочет, а ему не дают! А она не хочет уже, или не может?!».

– «А-а! Может быть, сексуальный ты мой!».

– «Ну, ты, наконец, завелась! Ну, прям, как твоя «Волга»!».

Однако летнее тепло, свежий воздух за окном, пение птиц, и иногда и ночное звёздное небо и, главное, уединённость от сына – позволяли супругам спокойно, без спешки и напряжения, хотя бы иногда заниматься любимым хобби всех народов Земли. Иногда погостить на дачу заезжала и Анастасия.

И, как всегда, она удивляла всех своей хапужьей сущностью и бесцеремонной беспринципностью богомолки.

– «Да! Анастасии палец в рот не клади!» – подытожила её визит Ксения.

А ещё перед отъездом на жительство на дачу Платон с Ксенией как-то вечерком навестили Олега Борисовича в Малаховке. Почаёвничали вчетвером. Поговорили о том, о сём. Естественно не обошлось без юмора и сарказма.

И если Олег был востёр на язык в силу своей профессии и работы, в своё время регулярно и постоянно оттачивая свои остроты, то Платон использовал свои комментарии редко, но зато не только метко, но и просто убийственно, и без всякой предварительной подготовки, тренировки и репетиции.

Четырнадцатого июля у Платона на даче отметили двадцатипятилетие его четвёртого ребёнка, третьего сына, Даниила Платоновича Кочета.

Кроме Платона, Ксении, Иннокентия и Киры, а также виновника торжества с супругой Александрой, на этот раз приехавших на «серебристом бумере», в гости на дачу заблаговременно прибыла и Анастасия.