Выслушав речь старшего товарища, Казуки еще несколько секунд наблюдал за ним в полной тишине комнаты, после чего низко поклонился.
– Благодарю, Танака-сан, я учту ваши слова.
И словно дожидаясь этого момента, двери в комнату отодвинулись в сторону, и на пороге показалась служанка.
– Аматэру-сан ждёт вас, – слегка поклонилась она. – Следуйте за мной.
Территория особняка была не такой уж и большой, так что, выйдя из комнаты, они уже через пару минут оказались во дворе главного здания, в центре которого росла огромная сакура, раскинувшая свою цветущую крону чуть ли не на весь двор. А под деревом их ждал господин, одетый по всей форме – кимоно, хакама, хаори, как и полагается на официальном и в то же время торжественном событии. Рядом с ним стояла Аматэру Атарашики, также облачённая в праздничное кимоно. Когда во дворе появились будущие слуги, Аматэру о чём-то разговаривали, но стоило Нэмото и компании приблизиться, Атарашики, произнеся напоследок пару слов, сделала шаг назад. Служанка, что привела их сюда, с поклоном удалилась, а они, выстроившись в ряд, молча ожидали слов наследника.
– Это довольно символично, – произнёс наконец господин. – Первое, за долгое время принятие новых слуг происходит именно весной. Возрождение, обновление… – произнёс он задумчиво, посмотрев при этом на цветущую сакуру. – Вы первые. Верные, достойные. – И вновь повернув к ним голову, спросил: – Вы осознаёте всю ту ответственность, которая ложится на ваши плечи? За вами будет пристально наблюдать множество глаз. Следить, не ошибся ли новый наследник в своём выборе. Вы готовы бросить вызов всем? Доказать, что вы лучшие?
– Я лучший, мой господин, – склонился в поклоне Казуки, опередивший их. – И я докажу это. Если потребуется, то и всему миру.
– Я уже на пути к этому, мой господин, – поклонился Танака. – Шидотэмору будут знать все в этом мире.
– Ваш мастер на все руки готов бросить вызов этому миру, – поклонился Нэмото.
– Я… Сделаю всё… – переполняли эмоции Хигаси. – Всё что я умею, принадлежит вам!
– Я сделаю всё от меня зависящее, мой господин, – повторил за ними Тану Горо. – Вам не будет стыдно за меня.
– Я всегда буду рядом, господин, – поклонился Рымов. – Даже если вы бросите вызов миру, я помогу вам завоевать его.
– Я принимаю ваши слова, – услышали они. Словно гром, словно камнепад слова господина обрушивались на их сознание. –
– Ну, как у меня вышло? – спросил я, когда мы остались с Атарашики наедине.
– Признаюсь, даже меня пробрало, – покачала она головой.
Ну ещё бы. Под конец я использовал Голос – это кого угодно проймёт.
– Пойдём, сакура здесь, конечно, хороша, но я уже есть хочу.
После принятия новых слуг в род осталась лишь одна вещь, которую я должен сделать перед отбытием в Малайзию – рассказать старушке о своём патриаршестве. Ну, и о Казуки заодно. К сожалению, рассказать о Токийском карлике тоже придётся – уж больно серьёзная вещь, чтобы держать в секрете. Как оно там, в будущем, всё сложится, не знаю, но старуха должна знать о возможных проблемах. Не то, чтобы я их ждал, но зарекаться тоже не стоит. Заодно и о повелительстве надо рассказать. Если бы об этом знал только я и доверенные лица, тогда можно было бы и промолчать – использовать бахир я всё равно не собираюсь. Но, к сожалению, об этом знает Кента, и какое применение он найдёт данной информации, я предсказывать не берусь. Слишком много вариантов. Родителей тоже не стоит забывать. Хоть я и могу создать им проблемы, они по-прежнему остаются фактором неопределённости.
В общем, как ни крути, а поделиться своими секретами со старушкой надо.
На следующий день после обеда с главой клана Табата мы вновь отправились в Хранилище, где я и решил поговорить с ней. Место ничем не хуже остальных, даже лучше, учитывая, что там нас не подслушать, а жрецы, даже если что-то и услышат, будут молчать в тряпочку. Плюс у них есть несколько целителей, которые всегда под рукой.
– На этом всё, – произнесла она спустя несколько часов рассказов и инструкций. – Мне есть что поведать тебе ещё, но основное ты теперь знаешь.
– А что насчёт кольца, из-за которого похитили Шину? – спросил я.
– А что с ним? Это просто реликвия рода. Бесполезный по сути артефакт, но принадлежащий нам так давно, что его утеря считается позором, – ответила она. – В этом и состоит ирония той ситуации. Я не могла его отдать, но само по себе оно для нас ценности не имеет.
– Оно ведь здесь сейчас?
– Да, – кивнула она и, мотнув головой за плечо, добавила: – В углу для реликвий. Я упоминала о нём.
– Помню, – подтвердил я, не решаясь продолжить. – Не могла бы ты его принести?
– Зачем? – нахмурилась старуха. Явно начала что-то подозревать.
– Просто принеси, – вздохнул я.
