Нож сновидений полностью

– Алтара только что короновала нового короля, – продолжил Башир, – но во Дворце Таразин все ходят так, словно по полу рассыпана яичная скорлупа, постоянно оглядываются через плечо, причем это касается как Шончан, так и самих алтарцев. Даже Сюрот выглядела так, словно над ней занесен меч.

– Возможно, их пугает Тармон Гай’дон, – возразил Ранд. – Или Возрожденный Дракон. Надо быть осторожнее. Напуганные люди часто делают глупости. Что требуется с нашей стороны, Башир?

Салдэйец извлек из-за пазухи карту и, разворачивая ее, направился к Ранду:

– Шончан подошли к этому очень педантично. Она возьмет с собою шесть сул’дам и дамани и больше никого. – Аливия зашипела, словно разъяренная кошка, и Башир моргнул, перед тем как продолжить. Видимо, он не знал, чего ожидать от освобожденной дамани. – Вы имеете право привести с собою пятерых мужчин, способных направлять. Она будет считать таковым любого мужчину, пришедшего вместе с вами. Но вы можете взять с собой одну женщину, не способную направлять, чтобы уравновесить силы.

Мин внезапно оказалась рядом с Рандом и взяла его под руку.

– Нет, – отрезал он. Он не собирается тащить ее с собой в ловушку.

– Мы еще это обсудим, – пообещала девушка. Узы наполнила упрямая решимость.

Самое ужасное, что только может сказать женщина, если не считать «я убью тебя», подумал Ранд. Внезапно, он похолодел. Это была его мысль или Льюса Тэрина? Безумец где-то на грани сознания тихо хихикнул. Неважно. Через три дня одной заботой станет меньше. Так или иначе.

– Что у нас еще, Башир?

Сняв с глаз влажную повязку, осторожно, чтобы не зацепить волосы ангреалом в виде браслета с кольцами – теперь она носила его и украшения-тер’ангреалы постоянно, разве что не спала в них, – Найнив села на кровати. Когда несчастные люди нуждаются в Исцелении ужасных ран, а у некоторых не хватает запястья или даже целой руки, не время просить исцелить простую головную боль. Но ивовая кора все же делает свое дело. Только гораздо медленнее. Одно из колец с бледно-зеленым камнем как будто мерцало внутренним светом, оно словно пульсировало, но на самом деле оставалось неподвижным. Пульсация была беспорядочной – реакция на то, что снаружи направляют и саидар, и саидин. Хотя кто-то мог направлять и внутри дома. Кадсуане утверждала, что кольцо способно указывать, где конкретно это происходит, только никак не могла объяснить, как это определить. Ха! Ох уж эта Кадсуане и ее предполагаемое всезнание! Найнив очень хотелось высказать ей это в лицо. Нет, Кадсуане вовсе не пугает ее. Нет, конечно. Найнив стоит на ступень выше нее, но ей просто не хотелось нарушать гармонию сложившегося положения вещей. И только поэтому в разговорах с этой женщиной она старается держать язык за зубами.

Комнаты, в которых она жила с Ланом, были довольно просторными, но зато в них повсюду гуляли сквозняки. Рамы не слишком плотно прилегали к оконным проемам, и за время своего существования дом основательно просел, так что порой приходилось подтесывать двери, чтобы те свободно могли закрываться и открываться, отчего везде получались щели, в которых неустанно свистел ветер. Пламя в каменном очаге плясало, словно в костре под открытым небом, трещало и сыпало искрами. Ковер на полу был так затерт, что Найнив затруднялась различить узор, который когда-то его украшал, тем более что его прожгли в таком количестве мест, что сосчитать их не представлялось возможным. Кровать с массивными столбиками по углам и обветшалым балдахином была широкой и крепкой, а вот матрас был набит неровно, и количество перьев, торчащих из подушек, явно превышало количество пуха. Одеяла представляли собой скорее сплошную штопку, чем заштопанное полотно. Но Лан рядом, и это полностью преображало комнаты. Они превращались в настоящий дворец.

Он как раз стоял возле одного из окон, где стоял с тех самых пор, как началось нападение, и теперь, судя по всему, наблюдал за работой, идущей снаружи. Или, возможно, осматривал результаты побоища, которые покрывали всю землю вокруг усадьбы. Лан стоял так неподвижно, что его можно было принять за статую – высокий мужчина в ладно скроенном темно-зеленом камзоле, его плечи достаточно широки, чтобы талия выглядела стройной, а темные волосы до плеч схватывает кожаный шнурок хадори, на висках заметна седина. Его лицо сурово, но все же он прекрасен. В ее глазах он всегда прекрасен, и пусть остальные говорят, что им вздумается. Только лучше пусть держат свое мнение при себе в ее присутствии. И Кадсуане тоже. Кольцо с безупречным сапфиром холодило правую руку Найнив. Лана скорее переполняет гнев, а не враждебность. Она всегда считала, что это кольцо не без изъяна. Полезно знать, что кто-то поблизости излучает злость или враждебность, но это вовсе не значит, что эти эмоции направлены на тебя.

– Мне пора возвращаться на улицу и браться за дело, – сказала она, поднимаясь.