– Уверен, что не подведете, – откликнулся Перрин, пожимая протянутую руку. А были времена, когда она утверждала, что служит исключительно леди Фэйли, а не ему. Он пожал руку каждому, кто поднимался на парапет акведука. Все они пахли одинаково – решимостью. Тот же самый аромат исходил и от ал’Сина, который командовал двуреченцами, отправляющимися в Малден.
– Когда Фэйли и остальные придут, закройте городские ворота, Бан, – Перрин уже говорил ему это раньше, но не смог удержаться и не повторить. – А затем проверь, не получится ли переправить их сюда через акведук.
Крепость не сдержала Шайдо в первый раз, и если что-то пойдет не так, то вряд ли она сдержит во второй. Он не собирался нарушать свои обещания, данные по сделке с Шончан, – Шайдо должны заплатить за то, что сделали с Фэйли, и, помимо этого, нельзя позволить им хозяйничать в округе дальше, – но в то же время ему хотелось вытащить жену из беды.
Бан прислонил свой лук и алебарду к парапету и влез в авкедук, чтобы пощупать дно. Выбравшись обратно, он вытер мокрые руки о куртку и потрер пальцем свой внушительный нос:
– Под водой дно покрыто каким-то скользким илом. Спускаться под гору будет не так-то просто, мы скорее проедем весь путь на заднице, лорд Перрин. Так что я молчу о возвращении назад тем же способом. Полагаю, нам все-таки лучше будет подождать вас в крепости.
Перрин вздохнул. Он думал было послать за веревками, но тогда понадобится моток не меньше двух миль длиной, чтобы его хватило на длину склона. Слишком много чтобы тащить его с собой в акведук, и чересчур рискованно, – если Шайдо обнаружат конец веревки в городе, то прочешут каждый укромный уголок, каждый закоулок. Риск, кончено, не то, чтобы велик, но горькая потеря в случае неудачи делала его просто огромным.
– Я прибуду туда так быстро, как только смогу, Бан. Обещаю.
Перрин пожал Бану руку, а затем и всем остальным по очереди. Тоду ал’Каару со впалыми щеками и Леофу Торфинну, чью макушку пересекала белая полоса в том месте, где проходил шрам от удара троллока. Юному Кенли Маерину, который снова безуспешно пытался отрастить бороду, и Били Адарра, который не уступал шириной плеч самому Перрину, но был на ладонь ниже ростом. Били – его дальний родственник, однако, самый близкий из тех, что остались в живых. Практически со всеми этими мужчинами Перрин рос вместе, хотя кое-кто был на несколько лет старше его, а кое-кто – помладше. Теперь же он знал всех от Дивен Райд до Сторожевого Холма не хуже тех, кто проживал в самом Эмондовом Лугу. Так что и без Фэйли у него есть веские причины поскорее добраться до крепости.
Хэд ал’Лора, худой парень с густыми усами на тарабонский манер, замыкал вереницу двуреченцев. Когда он скрылся в акведуке, перед Перрином возник Гаул – его лицо было закрыто вуалью, а в руке он сжимал четыре копья и круглый, обтянутый бычьей кожей, щит. Он положил свободную руку на парапет акведука и легко вспрыгнул на каменную плиту.
– Ты тоже идешь? – удивился Перрин.
– Девы разведают для тебя все, что нужно, Перрин Айбарра, – огромный айилец оглянулся на Дев. Перрину показалось, что он нахмурился, но из-за черной вуали сказать с уверенностью было сложно, потому что ткань оставляла открытыми только глаза. – Я слышал, как они разговаривали, думая, что меня нет рядом. В отличие от твоей жены и прочих, Чиад – настоящая
За его спиной Сулин что-то изобразила пальцами на языке жестов Дев, и одна из девушек прикрыла ладонью рот, чтобы сдержать смех. Так значит, они просто подначили его. Видимо, они были вовсе не против его ухаживаний за Чиад, вопреки тому, что старались показать. Или Перрин чего-то не понял. У Аийл непростое чувство юмора.
Гаул спрыгнул в воду. Ему пришлось сильно нагнуться вперед, чтобы не задевать потолок тоннеля. Перрин смотрел вниз. Ведь так просто взять – и последовать за ним. А вот отвернуться куда сложнее. Череда солдат Шончан все еще тянулась вверх и вниз по склону.
– Мишима, я возвращаюсь обратно в лагерь. Грейди переправит вас к вашей стоянке, когда вы тут все закончите. И постарайтесь замести следы.
– Хорошо, милорд. Я приказал нескольким людям наскрести смазки с осей телег и смазать ветряные мельницы. Они скрипят так, будто в любую минуту их заклинит. На дальнем хребте можно сделать то же самое.
Подобрав поводья Ходока, Перрин поднял голову и внимательно осмотрел мерно вращающиеся лопасти. Они вращались медленно, но без заеданий. Они не должны вращаться быстрее.
– А что, если кто-нибудь из Шайдо завтра решит тут прогуляться и удивится, откуда взялась свежая смазка?
