«Тогда у меня есть немного хороших новостей», – произнесла госпожа Харфор, пододвинув папку, но не открыв. – «От Иона Скеллита». – Брадобрей был самым усердным доносчиком Аримилле сведений, одобренных предварительно Рине, и приносил обратно информацию о том, что он узнал в лагере за городской стеной. Он был под крылом Ниан Араун, однако Ниан поддерживала Аримиллу, поэтому она, безусловно, делилась информацией Скеллита с ней. К сожалению, все, что ему пока удавалось узнать, было малопригодно. – «Он сказал, что Аримилла и другие поддерживающие ее Главы Домов собираются оказаться в числе первых, кто въедет в Кэймлин. Похоже, она хвастает об этом постоянно».
Илэйн вздохнула. Аримилла вместе с остальными постоянно держались вместе, хаотично, насколько она смогла заметить, перемещаясь от лагеря к лагерю, и много усилий уходило на то, чтобы узнать, куда они отправятся. Если бы это удалось, то отправить туда солдат через портал и схватить всех разом, чтобы обезглавить оппозицию, не составило бы труда. По сравнению с первой задачей, по крайней мере. Даже в лучшем случае люди все равно погибнут, а кому-то из Глав Домов удастся скрыться, но если получится захватить Аримиллу, то это могло бы положить всему конец. Эления и Ниан обнародовали отказ от собственных притязаний на трон, а это уже необратимо. Эта парочка могла продолжать поддерживать Аримиллу, даже находится на свободе, но если Илэйн удалось бы схватить саму Аримиллу, то все, что ей оставалось сделать, это заполучить поддержку от минимум четырех Великих Домов. Словно это так просто. Пока что все ее усилия были безуспешными. Возможно, сегодняшний день что-нибудь изменит, но данная новость опять была бесполезной. Если Аримилла и остальные собираются въехать в Кэймлин, то это означало бы, что город на грани падения. Хуже того, раз Аримилла хвастает, то она думает, что это скоро произойдет. Женщина во многом была дурой, но нельзя ее полностью недооценивать. Она не стала бы хвастаться, если бы была абсолютной дурой.
«И это – хорошие новости?» – сказала Бергитте. Она тоже увидела в них смысл. – «Намек – где, может оказаться полезным».
Рине развела руками. – «Аримилла раз лично дала Скеллиту золотую крону, миледи. Он отдал ее мне в доказательство своего исправления». – Она сжала на мгновение губы. Скеллит спас себя от виселицы, но не сможет восстановить к себе полноту доверия. – «Это единственный раз, когда он находился от нее в десяти шагах. Ему пришлось бродить между лагерями, чтобы посплетничать с другими мужчинами», – она запнулась. – «Он очень боится, миледи. Мужчины в лагерях уверены, что в течение нескольких дней они возьмут город».
«Настолько боится, что готов переметнутся в третий раз?», – спокойно спросила Илэйн. Больше сказать было нечего.
«Нет, миледи. Если Ниан или Аримилла узнают то, что он сделал, то он точно – мертвец, и он это знает. Но он боится, что они узнают, если город падет. Думаю, он скоро сбежит».
Илэйн мрачно кивнула. Наемники не единственные крысы, готовые бежать от пожара. – «Еще какие-нибудь хорошие новости? Мастер Норри?»
Первый Клерк стоял спокойно, колупая свою папку пальцем, и старясь выглядеть так, словно он не слушал то, что говорила Рин. – «Думаю, что мои новости даже лучше тех, что у госпожи Харфор, миледи». – Его улыбка должна была означать триумф. В последнее время он не часто мог доставить новости лучше, чем это делала она. – «У меня есть кое-кто, кто сможет проследить за Мелларом. Можно его позвать?»
Вот это было превосходной новостью. Пятеро человек погибло, пытаясь выследить Дойлина Меллара, когда тот выходил из Дворца ночью, и всякий раз «совпадение» выглядело довольно натянутым. Первый парень, похоже, наткнулся на бандитов, и она не придала этому значения, просто выдав его вдове пенсион. Гвардейцы старались держать преступность под определенным контролем, за исключением поджигателей, но грабители обычно используют темноту как своего рода плащ, чтобы скрыться. Четверо остальных, похоже, также не миновали участи первого. Их убивали единственным ударом ножа, кошельки опустошали, и, несмотря на определенную опасность ночных улиц, подобное совпадение едва ли было возможно.