Как по команде, ставни на окнах распахнулись, и полдюжины раздраженных тунгрийцев взглянули выглянули посмотреть на очередь, у некоторых из них в руках были тяжелые деревянные дубинки. Поняв, что дешевую стрижку или бритье они не получат в ближайшее время, недовольные клиенты разошлись, оставив Морбана с ухмылкой смотреть на улицу.
- Не знаю, чему тут можно улыбаться.
Знаменосец обернулся и увидел своего соседа горшечника, выражение его лица было менее счастливым, чем во время их последнего разговора.
- О, я не знаю. Всем нравится время от времени брать выходной.
Гончар ошеломленно покачал головой.
- Выходной на работе? Ты понимаешь, что через час к тебе приедут парни с Верхнего Холма, как только разнесется слух, что ты посоветовал своим клиентам отвалить?
Улыбка Морбана стала шире.
- На это то, я и рассчитываю. Возможно, тебе, следует тоже закрыть свою лавку и на часок подняться наверх?
Владелец магазина кивнул, выражение его лица сказало Морбану, что таково и было его намерение с самого начала, и знаменосец окинул взглядом ряды лавок, чтобы увидеть, что все его соседи пришли к такому же выводу: товары поспешно были убраны в помещения, а ставни бесцеремонно закрыты, чтобы обеспечить жильцам некое подобие безопасности. Улыбаясь про себя, он повернулся и пошел обратно в парикмахерскую.
- В данный момент все прошло тише, чем у немой с набитым ртом, так что давайте вынесем оружие наверх, хорошо?
Он бесстрастно наблюдал, как солдаты подняли половицы, прикрывавшие лестницу, ведущую в подвал, и каждый из них вылез обратно прихватил щит и меч. Последний человек, поднявшийся по лестнице, вручил ему копье, бесстрастно наблюдая, как знаменосец вышел обратно на послеполуденное солнце, прислонив оружие к стене в тени кирпичной колонны, где оно было невидимым беглому взгляду. Пара охранников Максимуса спешили завернуть за угол, явно услышав слух о том, что парикмахерская сегодня не работает.
- Что, химера тебя забери, здесь происходит?
Морбан широко улыбнулся члену банды, обратившемуся к нему.
- У нас сегодня выходной, сынок. Мы просто подумали, что...
- Возвращайся к своей гребаной работе, жирный ублюдок! - Бандит наклонился ближе, уперев палец в грудь Морбана. - Тебе же нужно платить налоги, и если ты этого не сделаешь....
Знаменосец криво ухмыльнулся и мягко покачал головой, когда прервал его.
- На самом деле нет. Мы решили больше не платить вашей охране, поскольку, честно говоря, она нам вовсе не нужна.
Мужчина посмотрел на свою пару людей с веселой улыбкой, приглашая их присоединиться к шутке.
- А это уже тянет на пятнадцать процентов. Продолжай говорить, и мне придется пойти и позвать Одноглазого.
Морбан пожал плечами.
- Ты явно не понимаете. Мы не собираемся платить!
Терпение головореза лопнуло, и он со злобным рычанием ткнул пальцем в грудь Морбана.
-Это ты явно не понимаешь! Мы, те самые гребаные парни с Верхнего Холма. Мы берем все, что захотим, и прямо сейчас я больше всего хочу засунуть твою гребаную голову прямо в твою жирную задницу, умник. Так что давай деньги, или мне придется...
Он резко замолчал, когда кончик холодного металла коснулся области между его животом и пенисом. Его товарищ внезапно замер, его внимание было приковано к мечам, появившимся в руках двух мужчин позади Морбана, их зловеще острые лезвия сверкнули в утреннем солнечном свете. Морбан оттолкнул палец.
- Да, ну, вы, может, и парни с Вершины Холма, но мы - имперская римская армия. Вы убивали случайных бедолаг, которые совершали ошибку, вставая у вас на пути, в то время как мы сражались в ожесточенных битвах с варварами, которые все хотели содрать с нас кожу живьем. Так что я бы посоветовал вам отвалить и не возвращаться, если только вы не хотите уйти со своими отрезанными членами в руках.
Бандиты сбежали, и Морбан повернулся к своим сторонникам.
- Начинайте считать. Ставлю два к одному, что мы столкнемся с ними лицом к лицу менее чем через пять минут. И никакой болтовни, все четко рассчитано. Эти ставки всех устраивают? Два к одному? А может быть пять к двум?
После нескольких минут ожидания в усиливающейся утренней жаре они услышали звук шагов, эхом отдававшийся по Холму, быстро превратившийся из тарахтения в шлепанье кожи о камень, и Максимус завернул за угол во главе дюжины своих людей. Увидев ожидающего его Морбана, он широко развел руки, жестом приказывая своим товарищам разойтись в стороны.
