И счастлив, что со мной она сейчас.
Я преклоняюсь пред ее твореньем,
Я благодарен всем ее творцам,
Что шли, за поколеньем поколенье,
И отдавали ей свои сердца.
И тот, кого в душе сомненья гложут,
Хотя бы через тысячу веков,
Способен эту мудрость приумножить,
В отличье от тщеславных простаков.
Представим: мудрость в древности открыта,
Но, примененье - новое в свой срок.
Порокам никогда не быть изжитым,
Хвала тому, кто смог лечить порок.
Философ уважения достоин:
Он - всем наставник, мудрому - вдвойне,
Не суть - эпикуреец или стоик,
У мудрости - все слуги наравне.
Готов я отмечать их дни рождений
Хочу напомнить людям имена,
Зовущие к добру от заблуждений,
Которыми душа еще полна.
Одним, почет - по должности положен,
Другим - за благо мудрости даров,
И выбор, после смерти их, несложен:
Лишь мудрость возвышает.
Будь здоров.
=======================================
Письмо LXV (Об общих причинах)
Луцилия приветствует Сенека!
Я поделил с болезнью целый день:
С утра она чинила мне помехи,
Так, что не мог на кресле усидеть.
Потом писал, затем друзья явились,
В беседе я провел остаток дня.
Перескажу, о чем не сговорились.
Кого поддержишь: их или меня?
Причина и материя - начала
Всего в природе (стоиков девиз).
Материя без разума скучала б,
Но разум ею вертит вверх и вниз.
Искусство - в подражании природе.
Вот статуя: материя видна
(к примеру - бронза), но, подобно розе,
Художником ей форма придана.
Считает стоик: есть одна причина
Того, что может вещи создавать.
Но Аристотель все делил по чину,
Насчитывал их... три, четыре, пять?
Во-первых - "из чего" само изделье,
Второе - "кто" изделие создал,
На третье - форма, что назвал он "эйдос",
Четвертое - "намеренья" штурвал.
Я поясню: во-первых - это бронза,
Второе - сам художник (он - творец),
И третье - форма (и названье - роза),
Намеренье рассмотрим под конец:
Зачем художник взялся за работу?
Коль по заказу - след ведет к деньгам,
Искал в работе славы и почета?
Иль, веруя, торил дорогу в храм?
Платон добавил пятую причину:
"Идея", или, проще - образец.
В уме представив истины личину,
Художник поднимает свой резец.
Итак, нам пять причин даны Платоном:
"То, из чего", "то, кем", "то - внешний вид",
"Подобие чего" (сдержите стоны),
И "то, ради чего"... Готов развить:
Все то же, по Платону, у вселенной:
Материя - основа, Бог - творец,
И форма - как порядок неизменный,
Подобие - от Бога образец.
Ты спросишь: Что в намереньях у Бога?
Одно: "Кто добр, тот всем творит добро".
Хотя, в иных душа живет убого,
Им нужен хлеб, вино и серебро.
Платон и Аристотель слишком много,
Иль слишком мало дали нам причин...
И время, и пространство, если строго,
Нужны нам, чтоб творенья получить.
Но мы-то ищем ОБЩУЮ причину,
Простую, как материя проста...
Она ясна - в ней Господа личина,
Во всем, от человека до хлыста.
Что есть Господь? - Изволь, отвечу сразу
(Пускай ханжи представят дураком):
Он - Всеблагой и Деятельный Разум,
Что не вместим в собрание икон.
Ты говоришь: Причина - это форма,
Намеренье, подобья образец?
В том - нет причин, лишь - инструмента норма,
Как кисть, перо, напильник и резец.
Как ты рассудишь непростую тяжбу?
Иль дело нам доследовать вернешь?
Иль скажешь: Я не вижу в этом важность.
Что до вселенной?- Был бы сам хорош...
Зря времени, поверь, я не теряю:
Кто не мельчит, в идеях крепит дух,
А он, из оболочки воспаряя,
Провидит всей природы дивный круг.
Художник, утомив глаза работой,
Выходит поглядеть на вольный свет.
А мудрый, телом скованный, охотно
У Бога хочет получить совет.
Кто Ты, Создатель?!- Тихо, нет ответа...
Как избежал Ты хаоса погонь?
Откуда у природы столько света?!
Огонь ли? Или ярче, чем огонь?!
Кто не способен причаститься к небу,
Живет не поднимая головы...
Куда иду? Туда, где прежде не был?
Что душу ждет? Как мне узнать?- Увы...
Зачем рожден? Чтоб быть рабом у тела?
Оно - лишь цепь, чем скована душа.
Ударам - тело подставляю смело,
Чтоб защищенный дух сумел дышать.
Союзники... но все права - за духом,
И тело не принудит душу к злу.
Покуда они связаны друг с другом,
Но, захочу - союз их разрублю.
Все создано материей и Богом,
Материя лишь следует за Ним.
Он добр, и в Нем защита от пороков,
Кто претерпел - тот счастлив Им одним.
Материя и Бог... Душа и тело...
Будь худшее - для Лучшего слугой!
Пока душа от тела не взлетела,
Будь - так! И не ищу я путь другой.
Что смерть?- Конец? Иль душ переселенье?
Небытие? Иль новизна миров?
Я не страшусь любого представленья:
Душе не будет тесно.
Будь здоров.
======================================
Письмо LXVI (О родах благого)
Луцилия приветствует Сенека!
Мне встретился Кларан, соученик
Он, хоть и стар, душою - очень крепок,
Хоть хрупок телом, духом не поник.
Наверное, природе захотелось,
Заветы нашей логики поправ,
Явить, что, даже в самом бренном теле,
Способен обитать блаженный нрав.
Душа - нам украшение, не тело
Для доблести прикрасы не нужны.
Прекрасен воин, в бой идущий смело,
Хоть внешне он - страшнее сатаны.
Мы рассуждали о родах благого...
Равны ль они? Есть высшее из благ?
В мирских делах должны искать какого?
Какое нужно вынести на флаг?
Во-первых - процветание отчизны,
Здоровье, радость, мир на всей земле.
Второе - в проявленьях трудной жизни:
