Киити Михара внимательно изучал письмо. Его интересовало не содержание, а автор – Дзютаро Торигаи.
Четыре года назад, когда он еще работал во втором сыскном отделе, у него установились особые отношения с сыщиком Торигаи[1]. В мае прошлого года он даже ездил к нему на Кюсю в гости, на фестиваль Хаката Донтаку.
Торигаи чем-то привлекал Михару. Подобных ему сыщиков старой закалки становилось все меньше, в то время как процветали современные методы расследования.
Жилище Дзютаро Торигаи в Хакате занимало всего две комнаты, в восемь и шесть татами. Его хобби ограничивались выращиванием цветов в горшках на балконе. Старый сыщик выдал единственную дочь замуж, и они с женой жили вдвоем.
Михара и Торигаи переписывались, и так уж совпало, что именно он, сыщик фукуокского полицейского департамента, откликнулся на запрос из Токио.
Михара знал, что Торигаи не мог ошибиться.
Управляющий «Кёкко Коцу» Сюити Минэока обратил на себя внимание помощника полицейского инспектора Михары.
– У «Кёкко Коцу», похоже, денег с избытком. В Фукуоку из Токио в 18:30 отправляется экспресс «Асакадзэ», который прибывает в Хакату в одиннадцать утра. Раз Минэока в час дня посетил «Дайто Сёкай», времени у него было достаточно.
Михара легко вспомнил расписание – ведь он знал об «Асакадзэ» из предыдущего дела[2].
– Это не так, шеф. Минэока должен был лететь шестого на самолете, у него было дело в Фукуоке.
– А, тот праздник из показаний.
– Да, старинный ритуал в святилище Мэкари, который проходил в Модзи в ночь с шестого на седьмое. Жрецы собирают молодые водоросли из пролива Каммон и предлагают их богам. Он собирался туда пойти.
– Зачем ему это?
– Минэока сказал, что пишет хайку и поэтому давно мечтал там побывать.
– Ясно.
– Потом он утром седьмого отправился в Кокуру, где отдохнул в японской гостинице «Дайкити», и в 9:30 получил телеграмму из Токио о смерти Такэо Дои.
– Минэока был близко знаком с жертвой?
– Нет, их связывали только рабочие отношения, впрочем, достаточно близкие.
– Сколько сострадания…
Михара поначалу не обратил на это внимания, но потом задумался. Зачем нарочно сообщать о смерти неблизкого знакомого, Дои, Минэоке, да еще и на Кюсю?
Кое-что еще смутило Михару. Между Токио и Кокурой налажено телефонное сообщение. Зачем тратить два часа на отправку телеграммы, когда можно просто позвонить?
Тем более телеграмма пришла в гостиницу «Дайкити», то есть отправивший ее знал заранее, что Минэока там остановится. Михара задумался. Он попросил подчиненного принести расписание.
В конце был помещен график полетов. Было известно, что Сюити Минэока отправился из Ханэды в 15:00. В это время из Токио вылетал рейс номер 311 воздушного агентства «Нихон», который, в соответствии с расписанием, прибывал в осакский аэропорт Итами в 16:55, где делал пересадку, затем прибыл в фукуокский аэропорт Итадзукэ в 19:10. Другими словами, Минэока приехал в Фукуоку в 19:10 шестого февраля.
По словам сыщика, ритуал в Мэкари проходил с полудня шестого до утра седьмого февраля, поэтому Минэока наверняка прибыл в 19:10 в Итадзукэ и оттуда отправился в Модзи.
