Он оттянул верёвки… Рраз! Два! И нет верёвок.
— Беги!
Зайчик не понял.
— Куда?
— Куда глаза глядят!
— А ты?.. Кузьма этого не простит.
— Простит. Куда денется!
Волк ткнул Зайчика в сторону леса.
— Беги!
— Нет, — сказал Зайчик. — Я не могу.
— Беги!!
— Нет.
— И правильно! И молодец! — вдруг раздался голос Кузьмы. — От меня далеко не убежишь.
Кузьма давно вернулся. Незаметно обогнув полянку, он спрятался в кустах и оттуда с удовольствием наблюдал за происходящей сценой.
— Значит, братец, вот ты каков! С Зайцами заодно! С кем, с кем? С Зай-ца-ми!!!
Волк упал на колени.
— Прости, Кузьма!
— Нет тебе моего прощения!
Кузьма сломал ёлку. Острым ножом стал срубать с неё ветки.
— Придётся, братец, с тебя начать! Щас тебя на эту ёлочку насадим. Подкоптим на весёлом огоньке. Подрумяним… Заяц! А как у вас с предателями поступают?
Заяц промолчал.
Кузьма обмотал Волка верёвками.
— Если друг тебя предал… Даже не друг, а брат… Ты ему верил, а он тебя предал. Заслуживает он смерти? Как думаешь? Ну? Говори!
— Не знаю.
— Говори!!
— Если настоящий друг… И предал… Я бы… я бы не простил.
— Молодец! — обрадовался Кузьма. — Может, я тебя и помилую. Собирай дровишки!
Зайчик нехотя встал, подобрал пару сухих веток.
— Правильно делаешь, что жизнью дорожишь, — сказал Кузьма. — Жизнь она одна, а предателей много.
— Да, — сказал Зайчик. — И мама одна.
— Хороший сыночек.
Кузьма обернулся к Волку:
— Слыхал? Вот как у Зайцев! Как родителей любят! Не то, что у нас. Учись, пока жив.
— Не буду! — зло сказал Волк. — Век не учился и перед смертью не буду!
Он теперь с ненавистью смотрел на Зайчика.
— Извини, — сказал Зайчик. — Маму жалко. Очень. И папу. У мамы сердце больное.
— А меня? Меня тебе не жалко?
— А что тебя жалеть? Только «Ну, погоди!» от тебя и слышал! Всю жизнь. «Ну, погоди!» да «Ну, погоди!».
— Верно! — сказал Кузьма. — Жалеть можно друга. А ты ему кто? Не друг, а враг! И ему, и мне. Ты — предатель!
Зайчик подошёл к молодой берёзке.
— Эй, Кузьма! Давай эту берёзку сломаем.
— Зачем?
— От берёзки самый душистый дымок. Бабушка говорила.
Зайчик потянул за нижнюю ветку. Пригнул берёзку к земле. Но она не поддавалась, пружинила.
Зайчик повис на ветке. Верхушка прогнулась. Почти до земли.
— Помоги, Кузьма!
Кузьма подошёл. Подпрыгнул. Ухватился лапами за верхушку.
Берёзка под его тяжестью прогнулась аж до самой земли. Берёзовый ствол изогнулся, как лук. И тут Зайчик отпустил ветку.
Берёза, избавившись от излишней тяжести, со свистом распрямилась, Кузьма взлетел вверх, не удержался…
И полетел над лесом, как стрела из лука!
Зайчик взмахнул ножом — верёвки на Волке лопнули.
— А теперь — бежим!
— За-яц, — только и сказал Волк.
— А ты что подумал?
И они кинулись прочь из леса.
Кузьма приподнялся с земли, отряхнулся.
«Нет, голубчики. Так просто от меня не избавитесь!»
И гигантскими прыжками пустился в погоню. Он летел по лесу, почти не касаясь земли. Его глаза безошибочно угадывали сломанную веточку, примятую травку — следы Волка и Зайца.
«Вр-рёшь! Не уйдёшь!! Была одна колбаса, станет две!»
Злость, обида, жажда мести умножали силы. Он чувствовал, что догоняет. Ещё немного! Ещё чуть-чуть! Его ноздри улавливали запах беглецов.
А вот и они. Впереди, меж деревьев, замелькали одежды.
Он ещё поднажал.
Два последних прыжка… ЛИСА!
— Ты откуда взялась!?
— Кузьма! Ой, Кузьма!
Лиса дрожала от страха:
— Я?.. Я за хворостом, Кузьма. За хворостом.
— За каким хворостом?!
— За сухим, Кузьма. За сухим.
— А Заяц и Волк где?
— Не видела, Кузьма. Клянусь.
— Аааа! — зарычал Кузьма.
Он отбросил Лису в сторону.
Выходит, он только терял время.
В погоню! Снова — в погоню!
Зайчик и Волк выбежали из леса.
Перед ними извивалась река. Через речку был перекинут шаткий деревянный мосточек. За мостом, на холмике, — деревенька. Синее небо, белые облачка. Бревенчатые домики под лучами солнца — словно игрушечные. Там — свои. Бабушка, милиция. Только бы успеть…
Они скатились по откосу вниз.
Мостик под их тяжестью раскачивался из стороны в сторону… Ой! Что это?
Доски по середине моста проломились. Вверх торчали острые обломанные края. Через мостик теперь не пройти!
А внизу, под проломом… По колено в воде стоял Бегемот. Тут же из воды торчал руль мотоцикла. Не выдержал старенький мост двойной тяжести. Бегемот, да ещё на мотоцикле!
Вид у Бегемота был жалкий. Он не знал, что делать.
— Давай, Волк. Прыгай! — крикнул Зайчик. — Здесь неглубоко! Доберёмся вплавь!
— Боюсь! — сказал Волк.
В лесу послышался треск сучьев. На берег выскочил Кузьма.
Он мигом оценил обстановку:
— Попались! Красавцы!
— Прыгай! — снова крикнул Зайчик.
— Боюсь.
Зайчик не стал уговаривать Волка. Он просто столкнул его в воду.
И следом за ним прыгнул сам.
Волк не умел плавать. Приходилось поддерживать его, подталкивать. В очень холодной воде.
— Давай, Волк. Давай, миленький. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Ну, пожалуйста.
— Не могу. Сил больше нет.
Волк захлёбывался. Намокшая одежда тянула вниз. Но берег был совсем близко.
