- Милорд мне доверяет. Никого кроме меня не пускает в свой кабинет. Вот на днях какое-то важное письмо из столицы пришло, так он даже не убрал его со стола. Не того я поля ягода, чтобы нос куда не следует совать. За это, должно быть, и платит...
- Знаю, за что он тебе платит. И вся наша деревня знает, - хохотнул продавец.
- Не слушай ее, - Тиль толкнула изменившуюся в лице Юльку. - Врет она все. Эрдис и читать-то не умеет, поэтому мой внук не считает нужным бумаги прятать. Никчемная она. И убирается плохо. После нее пыль с палец толщиной.
Но ничего этого Юлька уже не слышала. «Важное письмо из столицы пришло» - вот такие слова набатом стучали в голове.
«Неужели Магистр прислал ответ?»
- Пошли, - шепнула Юля Тени и, схватив ее за руку, потянула из лавки прочь.
Выскользнувшего на улицу «пастушка» проводили взглядами двое: злорадным Эрдис и задумчивым маленький человек - квалон, что присматривался к ножам, разложенным на столе в самом углу лавки. Продавец увлеченно пересчитывал монеты, которые, решившись купить серьги, выложила на прилавок Эрди.
«Милорд мой, - ревность сжигала ее. - И пусть об этом знает приживалка. И чего он ее терпит?»
- Давай я в коробочку серьги положу, - продавец отвлек Эрди от размышлений. - Не забывай выкладывать их под лучи Тариллы, иначе камни потускнеют, - и, поискав глазами заждавшегося покупателя, всполошился: - Э, а куда тот парнишка подевался? Эй, Сипитка, догони мальца, спроси, чего он хотел.
Из-под прилавка вылез сонный мальчишка, но Эрдис придержала его.
- Пусть проваливает. И вовсе она не парнишка. Эта та самая безумная девка, о которой я в прошлый раз рассказывала. Вся в кремвиле, дуреха, извозилась.
- И откуда такая в наших краях? - продавец глянул в тусклое окошко. «Безумная девка» как раз размахивала руками.
- Никому не ведомо, - Эрди скривила лицо. - Но милорд отчего-то к ней милостив. Может, родственница какая?
- С чего ты взяла? - хозяину лавки было скучно. Покупателей нет, тот квалон не в счет. Уже битый час ножичек выбирает. Сипитка опять под прилавок залез свой сон досматривать. Отчего с лордовской полюбовницей не потрепаться?
- У нее на шее герб Ханноров болтается. На змее каменья так и сверкают.
- Дорогая, кажись, вещица, - задумчиво произнес хозяин, ловя взгляд квалона, выбравшего, наконец, ножик.
- Поэтому в замке все думают, что она какая-то родственница. Ходит - бродит, но никому до нее дела нет. Даже самому лорду. Морока одна...
- Ты куда летишь? - Тиль Грасси пыталась остановить Юльку, но та словно таран, устремленный во вражеские ворота, упорно перла вперед. - Мы же хотели купить амулеты для горячей воды...
- Потом, потом! Сначала посетим ту лавку в конце улицы, о которой говорила Хильда.
- Зачем тебе платья для прислуги? - Тень с подозрением посмотрела на Юлю. - Что ты задумала?
- Ничего, - Юля сделала невинные глаза. - Как я поняла, ждать, пока их пошьют, не надо. Выбрал подходящий размер и разгуливай хоть по дому, хоть по улице. Лучше уж в платье прислуги, чем в штанах, верно? На шею косыночку надену или шарфик какой повяжу, и буду выглядеть вполне прилично.
- А я тебе покажу, где брошки лежат, - подхватила идею Тень, купившаяся на то, что девочка хочет выглядеть девочкой.
- Выберем какое-нибудь серенькое платье, немаркое, - Юля тщательно фильтровала мысли, чтобы не сболтнуть лишнего. Незачем Тиль знать, что она задумала пробраться в кабинет «мужа» и одним глазком посмотреть на то самое важное письмо. Уж очень сильно ее волновал ответ Магистра. Всего лишь и нужно: одеться как Эрди, чепец на голову нацепить и мимо охраны прошмыгнуть. Глядишь, и не остановят. А в лавку со всякими волшебными штучками они на обратном пути заскочат. «А еще нужно купить мыла и какого-нибудь порошка для стирки. Здесь, наверное, и такой имеется».
Но ассортимент хозяйственных товаров Юлю не обрадовал. Кроме специальных амулетов, что сильно облегчали как жизнь, так и кошелек, остальное казалось убогим и доисторическим.
- Но как можно вот этим гладить? - Юля держала в руках скалку и узкую доску с вырезанными на ней зубцами. Тиль пожала плечами. Ясное дело, она никогда не задумывалась, как стирают и гладят ее наряды.
- Так все простенько, хозяин, - девчушка, лицо которой густо усеивали веснушки, ловко намотала кусок ткани на скалку, а потом несколько раз прокатала ее той самой доской с зубцами. - Видите, все гладенько и ладненько!
Юля взвесила скалку в руке.
- Берем, - решительно произнесла она. - А еще заверните вон того ситчика в цветочек.
- Зачем тебе? - Тиль сморщила нос. Уж больно вульгарно выглядели цветочки.
- Занавески пошью, - Юлька в уме прикидывала, сколько метров взять. - В моей комнате висят мрачные, тяжелые, пыльные. А с беленькими будет веселей.
- С беленькими завсегда веселей, - улыбнулась девчонка, думая, что «пастушок» разговаривает с ней. И невольно прониклась к нему уважением. Хозяйственный. Занавески шить собирается.
Глава 15. Прозрение через боль
