Дмитрий прикидывал: если что-нибудь пойдет не так, он тихо задушит дервиша, тот и пискнуть не успеет, а потом зароет тело тут же, в земляном полу. Завтра войско снимется и двинется дальше, и пока хватятся пропавшего Яка… Если вообще хватятся – он ведь вольная птица: может следовать за войском, а может и уйти куда глаза глядят.
– Если хочешь узнать, то подойди поближе.
Як сделал два шага и опустился на пол, поставив светильник рядом с собой.
“Удобно, – подумал Дмитрий. – Один удар кулаком по виску – и нет больше Яка Безумца”.
– Як, – начал он, стараясь говорить как можно проникновеннее. – Я пришел не из далекой земли. Я пришел из другого места, – и сделал паузу, думая, что дервиш станет задавать вопросы; но тот по-прежнему молчал. – Хм… – прочистил горло Дмитрий, складывая в уме более или менее связное объяснение. – Есть один день. Дни складываются в год. А годы складываются в… – Дмитрий запнулся, не зная, как сказать “век”. Мысленно чертыхнувшись, потому что дервиш не спешил помочь ему заполнить лакуну, он продолжил: – Годы идут: один, двадцать, сто… Человек рождается, рождает детей и умирает; его дети тоже рождают детей и тоже умирают… – Он снова запнулся и попросил: – Помоги мне, Як. Как называется тот день, что приходит, когда проходит много и много лет? Одна, две, три сотни…
Дервиш разжал губы и произнес:
– Будущее. Ты говоришь о будущем.
– Будущее, – повторил за ним Дмитрий, запоминая новое слово. – Будущее… Аллах прислал меня из будущего, Як, поэтому я знаю, что эмир велит перебить пленных, и они будут истреблены.
Дмитрий расслабился и опустил напряженные плечи. Дервиш не должен подозревать, что его жизнь висит на волоске, удар должен быть неожиданным.
– Почему ты замыслил меня убить? – неожиданно спросил дервиш. – Если то, что я услышал, – тайна, то зачем ты рассказал ее мне?
Дмитрия будто окатили ведром холодной воды.
“Так ты еще и телепат?” – пронеслось в мозгу.
– Если хочешь бить – бей, – сказал Як. – Если нет, то не думай об убийстве.
Дмитрий смешался. Если любого из солдат своего десятка он видел насквозь со всеми его детскими амбициями и импульсивными прихотями, если Кривой Джафар был чуточку трезвее и бесстрастнее – все-таки торговец, профессия обязывает ловчить и искать выгоду, а без расчетливой сметки в ней никак, – то джавляк оставался для него темной комнатой, где даже собственных рук не увидишь.
“Мне – шах”, – усмехаясь, подумал Дмитрий. И в то же время испытал облегчение. Дервиш не станет поднимать шума. Необычный все-таки человек этот Безумец Як. И играть с ним надо по его правилам, хотя бы внешне…
– Да, я сказал тебе, – согласился он. – Только тебе, и это тайна. Слышишь, Як? Эта тайна и должна остаться тайной.
– Быть по сему, – спокойно отозвался дервиш.
Он наклонился и снял нагар с фитиля. Пока Дмитрий думал, что же еще сказать джавляку, тот сам продолжил разговор – негромко, словно разговаривая с самим собой:
– Ты пришел из будущего. Далеко ли оно от сегодняшнего дня?
– Да, – ответил Дмитрий, изумляясь хладнокровию дервиша: узнал о пришельце из другого времени и ухом не ведет, будто подобные встречи каждый день происходят.
– Как далеко?
“Здесь то ли тринадцатый, то ли четырнадцатый век… Значит, лет семьсот”, – подумал Дмитрий.
– Семь сотен лет.
– Семь сотен лет… – эхом откликнулся джавляк. – О, сколь велик и всемогущ ты, Аллах! Тебе подвластно и время…
Окончательно убедившись, что убивать Яка не придется, Дмитрий размяк, расслабился душой и телом. Он добился-таки желаемого – прошиб непрошибаемого джавляка. Тот сам задает вопросы! Еще Дмитрий порадовался, что версия, согласно которой он являлся посланцем Аллаха, была воспринята дервишем без скепсиса. Априори.
– Аллах совершил чудо, – сказал Дмитрий. – Я спал, когда он меня перенес. Заснул в одном месте, а проснулся в другом. В пустыне.
Джавляк кивнул, словно соглашаясь с чем-то.
– Аллах наслал на тебя сон.
– Я крепко спал. Очень крепко, – поддакнул Дмитрий. “Если бы, Як, ты только знал, в каком облике был этот твой Аллах – в виде медсестры в коротком халатике и маске!”
– Скажи мне, – спросил дервиш, – сильно ли изменился мир за семьсот лет?
– Очень сильно, – ответил Дмитрий. – Я не знаю столько слов, чтобы рассказать, а знал бы – так ты все равно ничего бы не понял…
– Не понял? – вскинул голову дервиш. В тихом его голосе Дмитрию почудился отзвук насмешки.
– Скажи мне, – снова произнес дервиш, – в том веке, из которого ты явился, все ли счастливы и богаты? Справедливы ли там правители? Правят ли они мудро и по закону? Кончились ли распри между людьми? Исчезли ли алчность и безумие из людских сердец?
Дмитрий не поверил своим ушам. Ай да Як! Вот тебе и Безумец! Философ и гуманист… А ответить-то ему надо…
– Нет, Як. На все вопросы, что ты мне задал, я отвечу “нет”.
– Значит, ничего не изменилось, – сказал дервиш. Сказал, как отрезал.
И вдруг поднялся и направился вон из палатки.
– Як, стой! – поспешно вскрикнул Дмитрий. Дервиш замер и повернулся к нему.
