– Эти мягкотелые не из сектора наших временных союзников. Ваш первый верховный предупредил меня, что у наших союзников могут возникнуть проблемы, если я не пойду на такую встречу хотя бы один раз. У людей это называется «торговая конкуренция». Я побывал на одной такой встрече и, убедившись, что ничего интересного для расы эти мягкотелые не предлагают, сказал, что их предложения неинтересны. И теперь они пытаются переломить ситуацию в свою пользу.
– Я никогда не научусь понимать этих людей, – покачал головой Альказ. – Раз уж сказали один раз «неинтересно», зачем снова настаивать?
– Вы солдат, ксеноброн, и не посвящены в тонкости торговых отношений, – развёл руками техножрец.
– И сколько ещё раз тебе придётся повторять, что не станешь покупать товары, которые они предлагают?
– Их очень интересует наш металл, а значит, они будут давить на меня и наших временных союзников до тех пор, пока не добьются своего.
– А разве кроме металла нам больше нечем торговать? – удивился Альказ.
– Разница в системе ценностей, – вздохнул техножрец. – То, что кажется ценным нам, не имеет ценности у них, и наоборот, то, что ценно для них, не имеет значения для нас.
– Хочешь сказать, что нам придётся воевать и с ними? – насторожился Альказ.
– Не думаю, – помолчав, покачал головой техножрец. – Пока имперские войска на нашей стороне, остальные мягкотелые не рискнут лезть в драку.
– Значит, чтобы удержать их на расстоянии, мы должны как можно теснее связаться с мягкотелыми из имперского сектора? – медленно протянул Альказ, обдумывая ситуацию.
– Вы что-то задумали, ксеноброн?
– Пытаюсь понять, как поступят наши союзники, если остальные люди объявят им войну или придумают ещё какой-нибудь способ давления.
– У меня слишком мало данных для такого анализа.
– Тогда мне придётся задать этот вопрос тому, кто точно сможет на него ответить, – произнёс Альказ, встряхнувшись, словно поднялся после спячки.
Вернувшись в рубку управления, ксеноброн стремительно подошёл к консоли связи, одним движением сорвал с головы связиста гарнитуру и не терпящим возражения тоном приказал:
– Соедини с флагманом людей.
– Каких именно, генерал? – осторожно спросил связист.
– Союзников, конечно. До остальных мне нет дела, как до чужой пустой скорлупы, – глухо рыкнул Альказ.
Быстро введя нужные коды, связист развернул монитор к генералу и доложил:
– Вам отвечают.
– Говорит ксеноброн Альказ. Я хочу говорить с контр-адмиралом Ефимовым.
– Одну минуту, генерал. Адмирала нет на мостике, но его уже вызвали, – вежливо ответил дежурный офицер.
– Благодарю, офицер, – так же вежливо отозвался ксеноброн.
Прошло несколько стандартных минут, за которые ксеноброн пытался правильно сформулировать в голове вопросы. Но так и не найдя правильного объяснения своему вызову, решил просто попросить адмирала о личной встрече. В конце концов, однажды он уже был на флагмане людей и провёл там время с большой пользой. К тому же его мнение о мягкотелых заметно изменилось.
Движение на экране монитора вывело Альказа из задумчивости. Увидев знакомое лицо, ксеноброн глубоко вздохнул и, дождавшись, когда Ефимов устроится в кресле связиста, сказал:
– Здравствуйте, контр-адмирал. Прошу простить меня за этот срочный вызов, но у меня возникла необходимость кое-что обсудить. Один на один.
– Конечно, генерал, – заметно удивившись, кивнул Ефимов. – Вы прилетите сами, или выслать за вами катер?
– Ваша техника более скоростная, – вздохнул Альказ, нехотя признавая превосходство человеческой техники.
– Катер будет у вашего шлюза через двадцать стандартных минут, – решительно ответил Ефимов.
Оказавшись на борту флагмана людей, Альказ старался держаться со всеми встречными офицерами и матросами ровно, и по возможности отвечал на их приветствия, прикладывая кончики когтей к виску. Смотрелось это несколько необычно, но люди усердно делали вид, что так и должно быть. Добравшись до кают-компании, ксеноброн вежливо склонил голову перед адмиралом и, не дожидаясь вопросов, решительно сказал:
– Адмирал, я приехал, чтобы посоветоваться с вами.
– В чём именно вам требуется мой совет? – осторожно поинтересовался Ефимов, мысленно ругаясь, что в нужный момент толковый офицер, знающий хоть что-то об этих существах, находится за несколько световых лет от места разговора.
– Те люди, на другой эскадре, постоянно требуют от моего верховного техножреца заключения каких-то договоров. Но мы не хотим иметь с ними дела. Мой верховный говорит, что из-за этого они могут начать давить на вас и даже заставить ваше командование увести отсюда корабли. Это правда? Если да, то как мы можем избежать такой ситуации?
– Если я правильно понял, то вас беспокоит то, что эти болтуны заставят эскадру имперского флота отступить, оставив вас один на один с иными? – осторожно уточнил Ефимов.
– Именно так, – переварив услышанное, кивнул Альказ.
– Присаживайтесь, генерал, – со вздохом предложил контр-адмирал, вызывая вестового.
Приказав ему принести кофе, причём в металлических чашках, он опустился в кресло и, поразмыслив, кивнул:
