– Считает, что сотрудничество с британцами через атташе ничего не дает. И он прав. Он не в восторге от того, что я ношусь по Лондону, трачу командировочные и веду расследование за пределами США без нормальной координации. Он требует меня назад.
– Вы уезжаете?
– Для вас это плохая новость? – Казалось, она сейчас рассмеется.
– Не знаю. А вы как считаете?
– Спокуха, – ответила Уинни. – Вы от меня так легко не отделаетесь. Я должна вернуться и через ФБР подключать британцев. Это будет та еще волынка, если вообще сработает. Но чувак, который меня всерьез интересует, уйдет.
При мысли об этом человеке глаза у нее остекленели, и Милгриму стало не по себе, как при первой встрече с ней в Ковент-Гардене.
– Вербовать гражданина США в Англии – о’кей, – сказала она. – Взаимодействовать с неамериканцами в расследовании вопроса национальной безопасности? Можно схлопотать по шапке.
– Да?
У Милгрима было неприятное чувство, что он вошел в болезненно знакомый режим завершения наркосделки. Уинни определенно что-то
– Если я так поступлю, – сказала она, – британцы очень разозлятся.
– Как я понимаю, вам этого не надо.
– И вам тоже.
– Да.
– Ваше оперативное задание сейчас станет гораздо более конкретным.
– Задание?
– Как у вас с памятью?
– Я все еще пытаюсь разобрать по порядку события последних десяти лет.
– Но если я расскажу историю, довольно сложную, вы запомните основное и часть деталей?
– Губерт говорит, я хорошо примечаю делали.
– И вы не станете искажать ее в пересказе, преувеличивать, украшать выдуманными подробностями?
– Зачем мне так делать?
– Затем, что так обычно делают люди, с которыми мы работаем.
– Почему?
– Потому что они патологические лжецы, самовлюбленные притворщики, алкаши, наркоманы, хронические неудачники и мелкие жулики. Но вы же таким не будете, верно?
– Не буду.
Подошла официантка, принесла миски с фо. Наструганная говядина еще сохраняла розовый цвет.
– Биография, – сказала Уинни и подула на свой фо. – Сорок пять лет.
– Кому?
– Просто слушайте. В две тысячи четвертом увольняется из армии США после пятнадцати лет офицерской службы. Майор. Последние десять лет службы – Первый парашютно-десантный полк спецвойск США, базы на Окинаве и в Форт-Льюисе под Такомой. Преимущественно боевые действия в Азии. Филиппины. Ирак и Афганистан – после одиннадцатого сентября, но до того, как армия выработала тактику антитеррористических операций. В отставку ушел потому, что он классический самопромоутер. Считал, что огребет золотые горы в качестве консультанта.
Милгрим внимательно слушал, методически черпая бульон белой фарфоровой ложечкой и радуясь, что у него есть такое занятие.
– С две тысячи пятого по две тысячи шестой пытается устроиться гражданским контрактником в ЦРУ, допросы и все такое.
– Все такое?
Она мрачно кивнула:
– Цэрэушники, надо отдать им должное, поняли, что его опыт и таланты им не в кассу. Года два он болтается в районе Персидского залива, работает консультантом по безопасности в нефтяных компаниях и других крупных корпорациях Саудовской Аравии, ОАР, Кувейта. Пытается пролезть советником в богатые арабские правительства, но тут его быстро обламывают – такими делами заправляют ребята покруче.
– Это Фоли?
– Кто такой Фоли?
– Человек, который следил за мной в Париже.
– По-вашему, ему сорок пять? И это ваша хваленая наблюдательность?
– Извините.
– С две тысячи шестого по сегодняшний день. Тут-то и начинается самая мякотка. Возвращается туда, где действовал до одиннадцатого сентября, подключает старые контакты на Филиппинах и в Индонезии. Переносит бизнес в Юго-Восточную Азию, и это оказывается золотой жилой. Большие компании заняты Ближним Востоком, у мелких контор есть шанс сорвать куш в Юго-Восточной Азии. Поначалу предлагает те же услуги безопасности корпоративным клиентам в Индонезии, Малайзии, Сингапуре, на Филиппинах. Гостиничные сети, банки. Через знакомства своих клиентов выходит на уровень правительства. Дальше начинает обучать тактике антитеррористических операций, с которой сам знаком только понаслышке. Допросам, в которых не смыслит вообще ничего. И тэ дэ и тэ пэ. Тренирует полицейские подразделения, возможно, армейские тоже. И на этом этапе серьезно влезает в военные поставки.
– Это незаконно?
– Смотря что и как поставлять. – Уинни пожала плечами. – Разумеется, к этому времени с ним работает много старых боевых дружков. Обучая тактике, он параллельно рекомендует нужное снаряжение. Помаленьку обеспечивает контртеррористические отряды полиции спецсредствами и бронезащитой. От американских компаний, где у него знакомые. Армейская верхушка на местах балдеет и от этих цацок, и от того, что он весь из себя Рембо – классический «зеленый берет», да еще с деловой хваткой. К нему подкатывают с разговорами о поставках общевойскового снаряжения. – Она положила ложку. – И тут-то начинаются по-настоящему большие деньги.
– Он продает оружие?
