Здание, возле которого они, наконец, остановились, потрепанным темным обелиском уходило вверх, и Кейн только тогда оценила, насколько огромным все было под Сонмом.
Она застыла, пытаясь услышать, есть ли схемы внутри и насколько они опасны, но грохот выброса над головой почти заглушал остальной спирит.
Возможно, схематик слышал спирит лучше нее, или же был уверен в своей способности защититься, но он шел, не глядя по сторонам, и нырнул в покосившийся пролом так, словно это была обычная дверь. Кейн помедлила несколько секунд на пороге, потому что все здание не внушало ей доверия – не только из-за спирита, но еще и потому, что совсем не выглядело надежным.
– Заходи, – окликнул ее схематик. – Скоро начнется.
Кейн все-таки замешкалась на пороге, решая, как быть дальше, и внутрь ее втянуло нитями.
Стоило разрезать их сразу, подумала она, но потом совсем рядом с тем местом, где она застыла, врезался осколок схемы. Брызнули во все стороны осколки камня, Кейн непроизвольно отшатнулась назад.
– А говорили, что у тебя есть мозги, – бросил схематик не оборачиваясь, и направляясь к дальнему проходу в стене.
– Думаете, соврали? – нейтрально поинтересовалась Кейн, оглядываясь по сторонам. Помещение было темным, почти полностью заваленным обвалившимися плитами верхних этажей, и очень пыльным; в центре своеобразным штопором застыл остов полуразвалившейся лестницы. В воздухе далеко вверху плавало несколько истончившихся почти до полной прозрачности схем – безобидных и настолько старых, что даже невозможно было различить их архетипы.
– Ты только что чуть не стала пятном на земле. Тупее тебя только твоя подружка, которая устроила это спирит-представление, – схематик равнодушно кивнул в сторону выброса. – Надеюсь, ей поджарит зад, и она больше никогда не сможет играться с архетипами.
– Можете не надеяться, – разочаровала его она. – Эрика выживет, даже если сгорим мы все.
Теперь, увидев, какими объемами спирита та могла управлять, Кейн действительно в это верила.
– Без меня, – фыркнул схематик. – Жарьтесь в одиночестве.
Он не стал уходить далеко вглубь здания и остановился у почти вертикально торчащей плиты в центре, прислонившись к ней спиной.
Кейн подошла ближе. Она ничего не знала о зданиях Древних Городов – ни о том, насколько те были надежны, ни о том, могли ли они блокировать спирит. Ей оставалось только надеяться, что да.
– Ненавижу мастресс, – сказал схематик словно бы самому себе и усмехнулся. – Каждая первая – тупая сука, и у всех гонору, как у королев.
– И каждой первой нет дела до вашего мнения, – спокойно отозвалась Кейн, хотя ее раздражала и его фамильярность, и эти глупые попытки задеть.
– Будешь много умничать, замуж не выйдешь.
– Ужасная перспектива.
Учитывая, что теперь Кейн пряталась от выброса в Древнем Городе, и человек, который хотел сделать из нее Точку Расщепления вполне мог пережить этот выброс вместе с Эрикой, угроза остаться старой девой действительно не казалась такой уж плохой.
Снаружи громыхнуло, сверху посыпалась пыль, и Кейн непроизвольно шарахнулась в сторону схематика.
– Страшно? – фыркнул он. – Это правильно. Выброс твоей подружки как раз докатился до выброса, сквозь который мы погружались, и случился новый бум. Давно такого не видел.
– Вы много раз бывали в Городах? – спокойно спросила Кейн, вполне понимая, что он может не ответить.
– А много – это сколько?
– Больше двух.
Схематик хмыкнул, с любопытством разглядывая ее, словно какое-то редкое насекомое:
– Офигенное «много». Да, бывал. Я неплохо ориентируюсь на земле.
– Значит, вы что-то вроде проводника под Грандвейв? Сомнительно, что Реннар отпустил меня без присмотра. Он отправил бы вас вместе со мной.
– Да ты бы и не выжила здесь без присмотра. Стала бы пятном на асфальте. Кстати, можешь сказать спасибо.
– Спасибо, – не испытывая особой благодарности, ответила Кейн, и почти демонстративно потянулась миражом к нитям у себя на талии. Расщепить их оказалось несложно. Судя по тому, как легко схематик управлял ими, у него было много опыта, но черпать спирит он мог только из медиатора, с которым срастался. Кейн использовала архетип напрямую. Если в ее распоряжении был океан, схематику достался городской фонтан.
– Молодец, – издевательски похвалил он, – отличный ход. Ты теперь полностью свободна и можешь идти, куда захочешь.
Он не попытался привязать ее к себе снова, потому что смысла в этом действительно не было. Учитывая, что творилось снаружи, выходить из здания было бы глупостью. Спирит кипел, и в нем уже невозможно было различить отдельных архетипов и схем – Песнь давно превратилась в сплошную какофонию нот, которая гремела где-то наверху. Чем-то это напоминало грозу. Кейн попыталась прикинуть, сколько могла бушевать аномалия подобного масштаба, и в худшем случае речь шла о днях.
К тому же здание – скорее даже остов здания, потому что большая часть верхних этажей обвалилась – не защищало от последствий выброса полностью. Несколько спирит-осколков все-таки срикошетили от земли и залетели внутрь, повиснув в центре помещения.
