– Ла-адно, вернешься, проставишься. – Юрич глянул на часы. – А в курсе? Анархист тоже сваливать собирается!
– Да? И куда?
– Не знаю. Бункер у него, короче, забирают. Рассадник экстремизма, дескать… Он психует.
– Так, – сказала Татьяна, – мне пора.
– Мне тоже, – поправил лямку сумки Юрич. – Полчаса до смены караула.
Сергей пожал плечами:
– Что ж, до свиданья тогда. Спасибо еще раз.
– Пожалуйста! – Юрич снова заулыбался. – Тебе счастливо. Покажи им там, что значит бамовские ребята. В общем, не подкачай!
– Постараюсь.
Пожали друг другу руки. Татьяна стояла рядом, глядя в сторону. Сергей обратился к ней, спросил:
– Что, Тань, пока?
– Пока, – она искусственно улыбнулась и рядом с Юричем, будто ища у него защиты, пошла по тротуару.
Сергей проводил их взглядом, закурил, встряхнулся. И так же бодро, как пришел сюда, на свидание, пошагал в другую сторону.
Освещение в ресторане было полутемное, но глаза не уставали. Слышалась негромкая, приятная музыка. Столики, отгороженные друг от друга украшенными искусственной зеленью щитами, напоминали кабинеты; в одном из таких кабинетов сидели Сергей и женщина лет сорока пяти, но моложавая, одетая в кожаные брюки и черную рубашку; волосы короткие, покрашены в ярко-каштановый цвет. Красиво поигрывая голосом, ежесекундно меняя выражение лица, она говорила:
– Очень рада нашей встрече, знакомству, дорогой Сергей. Надеюсь, номер вам понравился? – Сергей кивнул, и она пришла в восторг: – Я счастлива! – Взяла в руки папочку-меню. – Итак, что закажем?
Сергей тоже раскрыл папочку, перелистнул и отложил:
– Да я как-то… На ваш вкус, Полина Максимовна.
– Правда? Спасибо, польщена!.. Я предлагаю салат с шампиньонами… стейк… Или ростбиф? Здесь гениальнейший ростбиф с кровью!
– Можно ростбиф, – согласился Сергей, изо всех сил скрывая неловкость.
– Та-ак, – Полина продолжала изучать меню, – и… и вино… Знаете, я люблю чилийское. Вы не против, Сережа?
– Я бы лучше водки бы…
Женщина то ли шутливо, то ли по-настоящему насторожилась:
– Водки?
– Так, – Сергей шевельнул пальцами, – маленько…
– Ну если мале-енько! – и она засмеялась, – противодействовать не имею права… А если серьезно – у нас сегодня очень плотный день. – Выглянула из кабинетика, жестом кого-то позвала и тут же вновь обратила все внимание на Сергея; глаза ее светились от радости и симпатии. – Н-да, очень и очень рада, что все у нас так хорошо начинается. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. – Стукнула по столу три раза, коротко посмеялась и опять стала радостно-серьезной: – Ваши вещи уже произвели шум. Пока только, как говорится, в узких кругах, но, судя по всему…
Подошел официант, высокий, стройный молодой человек. Остановился в двух шагах от столика. Словно не заметив его, Полина продолжала:
– Судя по всему, резонанс будет неслабый. Но и нам с вами для этого необходимо приложить усилия. Вы согласны, дорогой Сергей?
– Ну… да, – он, словно выходя из оторопи, закивал сначала еле заметно, а потом несколько раз – быстро и глубоко, с готовностью. – Конечно, конечно! Спасибо…
– Вот и замечательно, – одарила Полина его лучезарной, открывшей все ее слишком уж белоснежные зубы улыбкой, – а пока-а… Пока что выпьем и закусим. – Наконец-то обратилась к официанту: – Так, пожалуйста, бокал вот этого «Карменера»… к мясу как раз… и – графинчик «Посольской»… Два ростбифа, два, соответственно, салата с шампиньонами и… И всё пока. Да! – и бутылочку минералки.
Официант кивнул и ушел.
– В пятнадцать часов, – продолжала Полина, но теперь уже вполне по-деловому, – нас ждут в издательстве, а на восемнадцать я назначила интервью для газеты «Суперклуб». Очень читаемая газета у молодежи… Такие планы. Вы не против? Спать не хотите? Все-таки колоссальная разница во времени!
– Я в самолете выспался. Думал, каждую секунду буду ловить… никогда не летал, а только взлетели – отрубился… А, это, а что в интервью говорить?
– Как – что? – изумилась Полина. – Смешной вы. – Пристально посмотрела на Сергея и уже как бы про себя повторила: – Милый, смешной… – И дальше – снова ему: – Вопрос всегда дает пищу для ответа. Но советую быть побойчее, журналистам и читателям это нравится. Кстати, знаете афоризм?
– Нет.
Полина приподняла указательный палец:
– Писатель должен хватом быть!.. Так-то! Это какой-то мэтр сказал.
– Да-а, это точно… А в издательстве, они уже точно, что ли, решили издать? Прямо отдельной книгой?
