– Представьте себе, – с удовольствием завспоминал Олег Алексеевич. – Лирику сочинял, ночью по набережным бегал, Кремлем любовался… Не сра-азу я на прозу решился, ой не сразу. Сперва жизнь попробовал со всех концов, наглости набрался, подождал, пока вода выкипит… А теперь… Вроде и детишки совсем, а вот – глядите-ка!.. И правильно, правильно, Сергей батькович, дерзайте. И ничего не бойтесь. – Писатель приподнял бокал. – Ну, за вас, за продолжение!
– Полностью присоединяюсь, – сказала с улыбкой Полина.
– Спасибо, – улыбнулся Сергей.
Чокнулись, отпили из бокалов по чуть-чуть. Постояли, глядя друг на друга и слегка покачиваясь, чтоб не затекли ноги. Через полминуты молчания Олег Алексеевич вдруг повернул лицо налево, направо, оглянулся, снова пощупал глазами Сергей и Полину и вздохнул:
– Н-ну что ж, пойду, с вашего позволения, дальше.
– Увидимся, – обдала его улыбкой Полина.
И Сергей опять улыбнулся:
– До свидания!
Медленно, прогулочным шагом Олег Алексеевич направился к столу и затерялся среди толпящихся…
– Ну как? – спросила Полина
– В смысле?
– Как вам здесь? От церемонии как вообще впечатление?
– Ох, не знаю пока. Как-то… смешно как-то немного… Я, честно говоря, по-другому это всё представлял. На спектакль похоже.
– Гм… Интересно. Но среда литературная, дорогой Сережа, всегда была очень хорошей пищей для сатиры. Бунин, вспомните, хлеще Зощенко становился, когда начинал писать о литераторах, об их отношениях. – Прищурившись, Полина смотрела на частокол у стола, в котором наверняка каждый столбик-человек был ей знаком. – Да, вы правы, это театр в каком-то роде… Те же законы. И знаете, тут роли настолько четко распределены – любой бы режиссер позавидовал… И каждый дает именно те реплики, какие от него ждут, на какие он кем-то там запрограммирован… Извините, я сумбурно выражаюсь. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?
– Кажется.
– Вот знаете, почему никто, например, из толстых журналов к вам не подходит, а ведь после такого успеха они должны бы, по идее, наперебой просить ваши вещи?
– Почему?.. – заинтересовался Сергей. – Я ведь за журналами пытаюсь следить, даже хотел послать рассказы в какой-нибудь, а потом передумал. Решил – наверняка ведь откажут.
– И отказали бы. Сто процентов отказали, если бы так получили, по почте, ни с того ни с сего. А сейчас им оч-чень хочется вас напечатать, даже если они и не читали еще… Ведь сенсация! – мальчик, восемнадцать лет, а вошел в финал такой премии громкой, на один голос всего самому Потапову уступил. Ни одной публикации, только рукопись, что-то в интернете… Фантастика, правда?.. – Полина глотнула вина. – Но, понимаете, Сережа, у вас уже роль писателя, не связанного с журналами. Вы – писатель, начавший с книги. У вас другая роль. И вот они ждут теперь выход книги, чтоб хоть критические статьи напечатать, оценить ее… Уже знаю, скажут, согласятся: да, Толокнов – открытие, но в целом – обругают.
– За что?
Полина изумленно выгнула брови:
– А вас не за что ругать, дорогой?! Разнесли в пух и прах смысл жизни нынешних сорокалетних людей, последних советских романтиков, к коим, кстати сказать, и я себя отношу, свое поколение вон каким показали… Да и вообще какую-то невозможность жизни… – И она почти искренне раздраженно хмыкнула.
– М-да… – Сергей покрутил в руке пустой бокал. – Пойду еще налью. Или водки… Можно?
– Теперь можно. Только сильно, пожалуйста, не напивайтесь, дорогой.
– Да я как-то не склонен…
– Шучу! – засмеялась Полина. – Мне тоже возьмите красненького. Там вон специальный столик с напитками…
Как только Сергей ушел, от частокола отделился невысокий сухощавый мужчина в водолазке и кожаном жилете поверх нее. Сделал несколько петель по свободному пространству зала и оказался возле Полины:
– Здоровчик, моя дорогая!
– Салют, Гриша! – растянула она губы в улыбке. – А я всё смотрю, как ты на меня глазами своими пронзительными стреляешь, думаю: подойдет али нет. И вот – сбылось!
– Н-ну, как я мог?! Стеснялся просто-напросто: ведь ты ж, – потянулся к ее уху, – ты не одна… Поздравить хочу с таким приобретением. Всколыхнули вы болотце на славу!..
– Спасибо. Но, скажу по секрету, это еще самое начало проекта.
Гриша испуганно отшатнулся:
– Да что ты! Что ж дальше-то будет?!
– Увидишь…
– М-м… Я-асненько… – Он заметил приближающегося Сергея и заторопился: – Ладно, я тебя покидаю, не буду утомлять. Успехов! Счастья по всем статьям!
– Вы очень любезны, Григорий Владимирович. Надеюсь, скоро увидимся.
– Да как иначе-то?! Узок наш круг, как говорится… – И, так же петляя, Гриша вернулся к столу.
– О, чудесно! – приняла Полина бокал.
– Давайте выпьем скорее.
– С удовольствием. За что?
– Давайте… – Сергей задумался, а потом мотнул головой: – Да просто так.
– Что ж…
Они молча чокнулись и выпили. Полина вино, Сергей – водку из винного бокала.
– Все-таки как-то здесь тяжело, – закусив, сказал он. – Вроде бы ничего, а вот как-то… Как на уроке у доски.
– Привыкайте, Сережа, закаляйтесь.
– Уху… это – да… А кто это сейчас подходил?
