Я, дурочка, вздумала как-то и с Ханчиком поиграть в эту игру, но он не оценил. На всю жизнь запомню тот взгляд! Смерть прошла совсем рядом! А как горячо стало там!!!
Господин повернул голову, склонил её, прищурясь и словно решая, как лучше меня порезать, чтобы достать кусочек послаще!!! И нож на поясе своём медном поглаживал! А с виду наивный простофиля! С тех пор я не позволяла себе играть с ним даже в мыслях…
– Так даже лучше, – прошептала я тогда, стремглав выбежав за дверь. С таким любимым можно без проблем отомстить тебе, братик! Он не откажет…
Скинув пеньюар и трусики, я поёжилась под холодным воздухом, забравшимся мне под… и взяла кусочек чёрной ткани, малюсенького размера, с сомнением его рассмотрев. Налезет ли?
– Вот в этом я встречу его шестнадцатилетие! – Стала примерять обновку. Шито по эскизам модницы из Франции, что каким-то образом узнала про наше предприятие и заказала себе десяток таких. Трусики от перворожденной! Как тут устоять?
– А как они называются? – спросила я тогда, передавая товар.
– Стринги!
В городе стояла тишина. Ночь. Фонарь. Район кожевников, что стоял на отшибе и вонял, так же как и днём, привлёк внимание странной суетой во дворе одного из домов. Там шла работа, судя по свету, что лился из окна. Ручная выделка ценилась куда выше фабричных изделий, поэтому им и разрешили жить и работать в черте поселения, а не у чёрта на куличках. Сам владелец Питера ходит в их коже!
Молодому подмастерью, что не справился с наказом мастера, стоило бы кинуть взгляд в окно, и больших неприятностей можно было бы избежать. Наверное… Но он не посмотрел. Не посмотрел… Дошивал кафтан заморскому гостю, от усердия высунув язык. Как же так, парень?
Там, в тени, передвигалась группа диверсантов, что была загодя послана к стенам Санкт-Петербурга, неся на спинах бурдюки, полные отравы! Скоро город познает, что такое страх. Настоящий страх! Паника! Безумие! Боль!
Они проходили мимо квартала красных фонарей (в окнах первого этажа, подсвеченного красным, танцевали девчонки у шестов, крутя жопами и медленно снимая лифчики, обнажая себя для зрителей, пихавших им в трусики монетки), кабаков, что изрыгали из себя отбросы общества, пьяных в зюзю, но никто их так и не окликнул.
– Разуйте глаза! – хотелось закричать.
Неужто они смертники, над которыми провели обряд самопожертвования, отчего их никто не видит? Фанатики, что пошли на смерть, лишь бы насолить восточному соседу?
Стремились они к акведуку, что снабжает весь многомиллионный город водой. Спокойно пройдя три поста охраны, они вылили чёрное, как нефть, содержимое бурдюков в резервуар и без малейших происшествий удалились, чтобы быть найденными мертвыми на следующий день в обнимку со шлюхами, что истошно кричали, обнаружив в постелях хладные трупы. Оторвались перед концом на славу. Гадёныши!!!
– Радужный мост закрыли! Какие-то неполадки, а я так и не успел воспользоваться им! Последнее работающее устройство атлантийцев в Империи. Больше они ничего не строят на землях людей. Чёрт! – Расплескал по столу отменное вино полуросликов обладатель медного пояса, начищенного до зеркального блеска.
– Да, телепорт их до сих пор работал без сбоев. Раз – и ты в Москве! – вторил собеседник, носивший такой же пояс и не раз пользовавшийся им в делах купечества. – Совсем захирели наши маги, раз не могут поддерживать его работоспособным.
– Может, купить визу в Атлантиду? Раскошелиться? Сыновей наших старших свозим туда. Пусть припадут к их мудрости, может, и не развалят наше дело, после того как мы отойдём в мир иной? За ум возьмутся! – Глянул первый с надеждой.
– Надо подумать… – протянул купец восточных кровей, в чалме. – Увидеть воочию гигантов с голубой кожей и крыльями ангелов – заманчиво… Но дорого, – задрожала его прижимистая душонка.
– Чего думать-то? Зря мы не отправили оболтусов к ним на учёбу! Зря! Там не забалуешь! Может, и наши вернулись бы с хваткой сына купца Минина, что помог своему отцу добыть самоцветный пояс! Хватка!!! – сокрушался второй, потрясая головой и мечтая о таком сынишке, а не той рохле, что имел…
Санкт-Петербург встретил нас хмурым небом и морозцем. В шапках-ушанках и тулупах на овечьей шерсти, мы смотрелись в два раза грозней! Наверное…
Дворец боярина Рюрика, двоюродного брата императора, сиял холодным синим светом, освещая весь город. Где бы ты ни находился, всегда видишь шпиль главной башни и звонницу. Очень уж набожный он. За что и любим народом. Староверы у нас не перевелись. И здесь их большинство… Над ним летали инистые драконы, что охраняли покой членов такой известной семьи. Прекрасные в своей хищной грации и ужасные в гневе.
Сильнейший маг льда страны построил его лично! Выше и величественней здания в городе нет. Лед, из которого состоит дворец, не тает! Зимой тепло, летом прохладно. Невероятная сила! В старые времена его назвали бы богом!
