оттуда при помощи обычной портативной рации. А ещё инженер Мартинес, пусть душа
его покоится с миром, что-то говорил о том, что в крайнем случае ХААРП можно
запустить с точки аварийного управления, но для этого её надо запитать напрямую. Когда
Барбекю едва не взорвалась, её перевели на минимальную мощность и отрубили всю
нагрузку, or которой в тот момент не зависело выживание... Больше я особо ничего не
помню, в то время Коэн уже был на АЭС.
— А про птиц в секторе ХААРП? — настойчиво уточнил полярник. — Что
конкретно ты знаешь об этом? При тебе наши или военные входили в антенное поле?
— Не знаю, — честно ответил Майк. — Я почти все время провалялся в лазарете,
попал под мутантов в Могильнике, а после этого сразу под Воронку. Но сам я об этом
ничего не слышал. Птиц я видел, это да. Они кружили над полем боя, когда рейнджеры
штурмовали бункер, у них гнезда были на его крыше, между поломанных антенн. Птиц
было довольно много, но они не нападали, и их тоже накрыло Воронкой. Я видел, как они
прямо с неба врезались в снег за несколько секунд до удара!
— Это ничего не объясняет, — заявил кто-то из полярников. — Птицы пугливы и
не атакуют большое количество людей. Бешенством они тоже не болеют. Но если их
много, а людей мало, то запросто заклюют, голод движет ими не меньше других. И под
Воронкой они не гибнут, забиваются глубоко под снег, как остальное зверье. На два-три
метра могут углубиться за десяток секунд, и там засыпают, это у них вроде спячки.
Многие выживают. Короче, в ХААРПе теперь запросто может быть полно этих тварей!
Раньше не было, а теперь есть. Излучение-то минимально!
— Но и про антенное поле это тоже никак не объясняет! — выкрикнули из гудящей
обсуждениями толпы. — Если гнезда были над бункером, они могли там и остаться!
Зачем птицам переселяться в этот ХААРП, если они сразу туда не прилетели?
— Потому что мутанты селятся поближе к пище! — огрызнулись ему в ответ. —
Они жрут людей, а людей в секторе ХААРП нет. Но поверхность бункера невелика, в
основном всё под землей, так что если птиц стало много, то они могут и в антенном поле
жить! И другое зверье тоже!
— Зачем им жить там, где нет пищи? Ты просто не хочешь рисковать! Правильно
Коэн сказал вашему старику! Детей у вас нет, за свою жизнь боитесь, вам плевать, что
будет с нашими детьми!
— Ну надо же! Дети у него, видите ли! Ну так и отправляйся сам к Реактору!
Включишь ХААРП!
— Так ведь я не полярник! — опешил тот. — Я ничего в этом не понимаю...
— А не понимаешь — так заткнись! У меня тоже сын, кто его прокормит, если
меня посреди ХААРПа сожрут мутанты?! Ты, что ли?! Да ты без нас и месяца не
протянешь, что ты знаешь о выживании в Холоде? Лично я против этого самоубийства!
— Это возмутительно! — гневно воскликнула толстуха, что работала сиделкой до
катастрофы. — Вы должны включить Реактор! Вы полярники, это ваш долг! Мы платили
налоги! Вас содержали на наши деньги!
— Я тебе ничего не должен! — взъярился на неё полярник. — Я отдал стране
больше, чем она заслуживает! — Он задрал вверх протез руки. — Это вы мне задолжали,
сидя в тепле и сытости! Только и умеете, что набивать собственное брюхо да прятаться по
норам, когда другие за вас подыхают! Налоги она платила! Да если б не уголовная
ответственность, платила бы ты их, как же! И какие чертовы налоги вернут мне руку и
потерянное здоровье? Катись к дьяволу, жирная идиотка, вместе со своими детьми! Ял без
тебя выживу, и сына выращу, такие, как ты, только зря проедают припасы!
Поднялся жуткий гвалт, люди орали друг на друга, кое-где в толпе завязались
потасовки, и совещание в который раз превратилось в массовый скандал. В конце концов
лидер Профсоюза поднял вверх арктическую винтовку и дал очередь в потолок. Сверху
посыпались куски льда и штукатурки, возмущенные вопли начали стихать, и Профсоюз
распустил собрание до следующего дня.
— Так мы никогда не договоримся, — сетовал старый Джеймс, глядя, как злые и
взвинченные люди хмуро расходятся по своим жилищам. — Нам нельзя терять единство,
мы живы, пока вместе. Холод быстро уничтожает одиночек... Вспомни дикарей, Майк, я
не видел ни одной фотографии, где кто-нибудь из них был бы один. Они держатся дщг за
друга, я в этом уверен...
В конце концов, с огромным трудом, обитателям штаб-квартиры удалось
договориться. Несколько часов Профсоюз обдумывал план действий, который озвучили
прилетевшему в назначенное время Коэну едва ли не прямо с порога.
— Мы согласны провести экспедицию, — заявил лидер Профсоюза. — Но у нас
есть несколько условий! Первое: вы летите с нами, как было обещано. До самой точки
аварийного доступа. И участвуете в раскопках снежного покрова, вскрытии люков и в
ремонте, если он потребуется. Никто не будет ждать в безопасном месте, кроме пилотов,
мы требуем равных условий для всех!
Второе: вы должны увеличить объем поставок продовольствия и топлива! И
