и ливневые дожди довершат картину «внезапных» катаклизмов. Трех-четырех суток
хорошей встряски будет вполне достаточно для первого раза, как в случае со всем
известным ураганом, очень своевременно изменившим расклад сил на позапрошлых
выборах. Позже ученые привычно обвинят во всем солнечные вспышки, геомагнитные
бури и прочие парады планет. Зато если эксперимент пройдет удачно и докажет свою
полную эффективность, можно смело предсказать, что не пройдет и двух лет, как амери-
канская демократия уверенно распространится по всему миру. Политические режимы
противников США быстро рухнут, потонув в разрухе, хаосе и кровожадной агрессивности
собственных народов. Опять же, успокоить возбужденные толпы будет делом
элементарным — изменение параметров накачки можно произвести в течение считанных
минут. В крайнем случае можно организовать тропический ураган. Когда ветер пе-
реворачивает пикапы, а вода в городах доходит до второго этажа, всем быстро станет не
до восстаний. Все будут сидеть на крышах зданий очень смирно. И ждать дядюшку Сэма,
единственную надежду на спасение. Впрочем, это уже тема отдельного эксперимента.
— Сэр, у нас всё готово к началу! — доложил командующему начальник Центра
военно-космических технологий ВВС. — Получены доклады с объектов! Все системы в
норме, сеть работает согласно заданным характеристикам! Ждем вашей команды!
— Связь с президентом! — потребовал командующий. Ему немедленно подали
трубку правительственной связи. Генерал несколько секунд молчал, после чего произнес:
— Господин президент? Мы начинаем! — Он выслушал короткую фразу. — Спасибо, сэр!
— Командующий положил трубку и торжественно произнес, обращаясь сразу ко всем: —
Мы верим в господа нашего, а господь наш верит в Америку! С божией помощью
начинаем! Запустить обратный отсчет!
Старший диспетчер базы выпрямился в кресле, из-за чего его немного сутулое тело
на пару секунд стало выше ростом на пару дюймов, после чего наклонился к микрофону,
вновь ссутулившись, и коснулся сенсора исходящей связи:
— Внимание! — произнес он в эфир. — Это «Большой папочка»! Объявляю
готовность в две минуты! Начинаю отсчет! Одна пятьдесят восемь! Одна пятьдесят семь!
Одна пятьдесят шесть...
— Эй ты, баран!!! — Усталый дальнобойщик одновременно выжал педаль тормоза
и клавишу клаксона. — Смотри, куда прёшь, скотина тупая!!! Наворовали бабла у народа
на дорогие тачки, теперь проехать невозможно! Козёл!!!
Из окна черного «БМВ», нагло вклинивающегося между огромной фурой и еле
плетущейся впереди сквозь бесконечную московскую пробку легковушкой, высунулся
бородатый кавказец. Он сложил пальцы левой руки в красноречивом жесте и ткнул им в
сторону кабины грузовика, что-то злобно бормоча.
— Гнида черножопая! — взъярился дальнобойщик. — Понабежали со своих
вонючих гор, словно тараканы, житья от вас нет! — Он опустил стекло и заорал
бородатому: — Да пошел ты!..
— Что ты сказал, ишак?! — Мгновенно взбесившийся кавказец выскочил из
машины и бросился к фуре. — Я твой нюх топтал, лошара, давай, выходи, поговорим, как
мужчины!
— Сейчас я с тобой поговорю, мразота! — пообещал дальнобойщик, нащупывая
под сиденьем монтировку. — Мало не покажется! — Он пинком открыл дверь и
выпрыгнул из кабины.
Замерший на парализованном многокилометровой пробкой МКАДе поток машин
уже надрывался сигналами клаксонов. Остановившаяся фура окончательно убила и без
того почти мертвое движение, и донельзя взвинченные водители теряли последние
остатки терпения. Отовсюду звучали взбешенные крики и трехэтажная ругань.
— Слышь ты, урод, куда вылез?!! — орал дальнобойщику кто-то из
остановившейся позади машины. — Ты, чё, один на дороге?! Залезь обратно, кретин, и
убирай отсюда нафиг свою гробовозку!
— Завали хайло, дебил! — с ненавистью окрысился на него дальнобойщик. — Я
никуда не тороплюсь! — он ткнул монтировкой вперед, на уходящую вдаль
многокилометровую пробку. — Не трамвай, объедешь, если захочешь! Понял, коз-лина?!!
— Ты кого козлом назвал, носорог недоделанный?! — взревел водитель и полез из
машины, но дальнобойщик уже не обращал на него внимания.
Он обошел кабину своей фуры и, отведя назад сжимающую монтировку руку,
двинулся на кавказца:
— Ну что, настоящий мужчина, — угрожающе прошипел он, брызгая слюной, —
кого ты там топтал, гомик черножопый?!
Рука кавказца рванулась к карману, вытаскивая пистолет, и дальнобойщик ринулся
к врагу, пытаясь успеть добраться до него прежде, чем тот успеет выстрелить. Взмах
монтировкой и выстрел произошли одновременно, и десятки пар глаз устремили свои
взоры на разворачивающуюся трагедию. Стальной заостренный крюк монтировки
проломил кавказцу голову, тот осел на дверь своей машины и сполз на асфальт, обливаясь
