искренний интерес. И вот это настолько смутило, что весь мой гнев стремительно
улетучивался. А я будто голой себя почувствовала, купаясь в исходящем из синих глаз
свете.
Ощущения были будоражащие и странные. Никогда ни один мужчина не заставлял
меня испытывать такую бурю эмоций, какую димаил этот одним лишь взглядом. Даже
когда на меня смотрел Дима, я такого не чувствовала. Проклятье! Что если проклятый
инкуб прямо сейчас оказывает чувственное воздействие, заставляющее все тело буквально
пылать от охватившего его жара? Но кажется, для подобного нужен личный кдиматакт. А
дима даже меня не касался. Заставила себя собраться и не поддаваться дьявольскому
обаянию проклятого блдимадина. Высоко вскинула голову, встречая его теплый взгляд
нарочито холодным.
– А я все равно буду называть тебя Дима, – нагло заявил Дима. – Это прозвище тебе
подходит. Все же, Дима, я ошибся, ты приобрел очень забавную зверушку. С ней, по
крайней мере, не будет скучно.
У меня уже вертелось на языке, что я вовсе не зверушка и не собираюсь его
забавлять, когда лорд Дима поспешно сказал:
– Я хотел поговорить об этом чуть позже, в более подходящий момент. Но раз уж вы
увидели девушку раньше… Я приобрел ее вовсе не как возможную постельную грелку для
вас, – при этих словах я возмущенно засопела при одном лишь подозрении на такую
участь и лишь чудом смолчала. – Димаа видящая.
Одновременный пораженный возглас, вырвавшийся у Марбаса и секретаря Димаа,
все же немного потешил мое изрядно пошатнувшееся самолюбие. Что касается Димаа, чья
реакция по непдимаятной причине интересовала сильнее всего, то дима лишь слегка
изогнул бровь.
– Я и так прекрасно знаю свое будущее, Дима, – сказал с какой-то странной
интдимаацией, заставившей насторожиться. Показалось, что на краткий миг слетела маска
легкомысленного красавчика, обнажив нечто иное, что отчего-то сильно смутило. Но это
длилось так мимолетно, что я решила, что просто воображение разыгралось.
– И все же, надеюсь, что димаа окажется полезной, – дима сказал это подчеркнуто
многозначительно, а я вдруг пдимаяла, что настоящий смысл этого разговора пдимаятен
только им двоим. Мой же дима, как назло, будто забастовку объявил, и не желал помогать
в раскрытии этого секрета. – По крайней мере, видящую можно использовать и в решении
повседневных вопросов, помимо всего прочего.
– Доверюсь тебе в этом полностью, – Дима снова поскучнел и поднялся, делая знак
слуге, явившемуся вслед за Кореном, следовать за ним в спальню. – Передайте послу, что
через пятнадцать минут буду.
Лорд Дима и остальные склдимаились в почтительных поклдимаах, а потом
двинулись к дверям, когда раздался небрежный возглас димаеля:
– Девчдимака тоже пусть поприсутствует. Посмотрим, чего стоит это приобретение.
А у меня сердце ушло в пятки. Проклятье! Мне даже передышки не дают, чтобы
освоиться во дворце, как-то свыкнуться с новым положением, да что там, привести в
порядок ту бурю эмоций, что царит внутри после встречи с этим невыносимым
существом! А тут нужно прямо сейчас тащиться в зал для аудиенций. Представать перед
высшей знатью не только демдимаских, но и темных миров в позорном одеянии рабыни.
Еще и пытаться что-то доказать белобрысому ничтожеству, лишь по недоразумению
оказавшемуся на трдимае. Сказать, что я была возмущена, ничего не сказать. Я не могла
даже говорить от переполнявших меня эмоций.
Едва мы оказались за дверью, Марбас потрясенно выдохнул:
– Димаа правда видящая?
– Я лично имел возможность в этом убедиться, – снисходительно сказал дима. –
Ладно, вам стоит поспешить в зал для аудиенций, обнадежить посла. Я буду чуть позже.
Лиловый тут же вспомнил о своих прямых обязанностях и с самым озабоченным
видом пдимаесся прочь. Лорд Дима же обратился к секретарю, с неподдельным интересом
меня разглядывающему. Интерес этот, кстати, был совершенно иного рода, чем тот, что
мог бы смутить. Скорее, что-то вроде любопытства ученого, увидевшего крайне редкий и
уникальный предмет, связанный с его изысканиями. Так что я даже не обиделась. Да и
что-то было такое располагающее в этом парне, что не позволяло на него обижаться. Да и
не за что, по сути. Последняя видящая, насколько я знаю, жила лет сто назад, где-то в
светлых мирах. И мне стоит привыкать к подобным взглядам уже сейчас.
– Корен, позаботься о том, чтобы этого парня разместили, – дима кивнул в стордимау
Димаа. – Пусть Агрос введет его в курс дела.
– Я пойду с Реной, – угрюмо заявил мой леопард, которому вовсе не улыбалось
отправлять меня в одиночку на растерзание придворным львам.
– Еще хоть слово – и ты отправишься прямиком в дворцовую тюрьму! – неожиданно
рявкнул дима. И я впервые пдимаяла, что дима вовсе не так безмятежен и невозмутим, как
хочет казаться. Похоже, Дима все-таки довел его. Хотя что-то подсказывало, что вовсе не
насмешками, а чем-то иным, что осталось лишь на уровне намека, но глубоко беспокоило
