В холле появился Антон. В куртке, с красными щеками, он быстро оценил ситуацию, подошел к центральному столу с единственным компьютером, вокруг которого собрались его коллеги, и изучил содержимое сообщения. От молодого человека пахло сигаретами и холодом. Судя по всему, он только пришел, но нашел время на перекур с самого утра. Белый поймал взгляд парня и спросил, можно ли вычислить отправителя.
– Не смеши меня, – ответил Антон, повернул к себе клавиатуру и что-то быстро начал печатать. – Как я тебе по скриншоту найду человека? Если есть само письмо, то еще могу попробовать.
– К сожалению, оно пришло не мне, – сказал молодой следователь и посмотрел на экран монитора.
– Тогда попроси получателя переслать его.
– Она не отвечает на сообщения и звонки, – парировал Белый.
– Плохо дело, – сказал Антон и мотнул головой, но улыбнулся. – Так, у нас тут шифр Гронсфельда. Ключ должен быть в изображении.
Спустя три минуты у них на руках было расшифрованное сообщение и координаты места. Александр невольно восхитился навыками парня, который так легко и быстро расшифровал текст, над которым ломали голову его коллеги. Рудской наблюдал за ними с плотно сжатыми губами, но никак не комментировал ситуацию. Белый повернулся к начальнику и попросил выделить ему машины и людей, чтобы проверить место предполагаемого преступления.
– Бери две машины и пару человек, но не больше, – ответил Рудской и развернулся, чтобы уйти.
– Постойте! Но что, если мы обнаружим там преступника? Нам нужно больше людей. – В голосе молодого следователя послышалась мольба.
– Это все может быть простым розыгрышем, – фыркнул мужчина, бросая косой взгляд на Белого. – Вот езжайте туда своей группой и проверьте, прежде чем отвлекать других от работы.
После этих слов Рудской ушел к себе в кабинет. Александр Белый повернулся к коллегам и спросил, кто готов поехать с ним.
– Выезжаем немедленно, – поспешил уточнить парень. – Мы и так потратили много времени.
Два человека из четырех согласились отправиться с ним. Антон же поднял ладони и сказал, что от него будет больше пользы за компьютером, чем с пистолетом в руках. Белый кивнул, посчитав, что их будет четверо, включая его напарника.
– Кстати, кто-нибудь видел Невзорова? – поинтересовался он, бросив взгляд на лица собравшихся.
Кто-то пожал плечами, кто-то мотнул головой, а кто-то задумался, но ответ был у всех идентичный: никто этим утром с ним не встречался. Решив, что и так много времени потерял, Белый махнул рукой коллегам, согласившимся поехать с ним, и быстрым шагом пошел к себе.
В кабинете он открыл шкаф, надел теплую куртку и бросил взгляд на пустую вешалку Невзорова. Молодой человек прикусил губу и на секунду задумался, почему всегда пунктуальный напарник сегодня не появился на работе. Глубоко внутри, на подкорке сознания, стала материализоваться мысль, что это не может быть простым совпадением.
Он закрыл дверцу шкафа, шлепнул ладонью по карману брюк, в которых обычно лежали ключи от машины, но их там не оказалось. На секунду опешив, Александр Белый осмотрелся и стал искать ключи на столе. В кабинет зашел один из его коллег, уже одетый в куртку и шапку.
– Не могу найти ключи от машины, – сказал Белый и повернулся к сорокалетнему мужчину в форме. – Невзоров не вернул ее вчера?
– Вашей машины во дворе нет. Лови!
Коллега достал из кармана ключи и бросил Александру, который поймал их в воздухе. После чего сказал:
– Я возьму другую. Выезжай первый, мы с Олегом будем за тобой.
Он поблагодарил его и почти бегом вышел в коридор, а потом и на улицу на поиски Алисы, предчувствуя надвигающуюся опасность.
Мальчик сидел в углу темной комнаты и содрогался от рыданий, сжимая пальцами ткань футболки. Его охватила такая крупная дрожь, что время от времени ребенок бился головой о стену, к которой прижимался спиной. Он сдерживал всхлипы, чтобы не разбудить спящих в соседней комнате взрослых. Но больше всего на свете он боялся увидеть в дверях его силуэт. Силуэт отчима.
Мальчику было горько, обидно и больно. Ему не поверил человек, который всегда должен быть на его стороне, – родная мать. Он искренне не понимал ее гнева. Она стала обвинять сына во лжи и искать двойной смысл в словах пятилетнего ребенка.
– Ты все выдумываешь! – прикрикнула мама, сжимая кулаки. – Почему ты не хочешь, чтобы я была счастлива? Ты чертов маленький эгоист!
Вспомнив искаженное злостью лицо матери, мальчик всхлипнул, и из его глаз хлынул новый поток слез. Он любил маму, но ему было страшно от мысли, что она больше любит нового мужа, а не его.
Лицо отчима материализовалось перед глазами, и мальчик в ужасе отпрянул, ударившись головой о холодную стену. Он подтянул колени и уткнулся в них лицом, чтобы еще сильнее заглушить рыдания. Этот человек пугал его больше, чем все ужасы мира. С большим животом, залысинами на голове и блестящими маленькими глазками, он казался мальчику живым воплощением зла. А зловонное дыхание, исходящее от него, было холоднее самых страшных морозов.
