О чем молчат боги полностью

Впрочем, с сегодняшнего полудня саул одобрил посещение моей персоны ягирами и Архамом. Последнего Ветер не знал вовсе, должно быть, потому посчитал его безопасным. В конечном итоге, если бы деверь имел дурные намерения, его бы сожрали рырхи, а Торн растянулась рядом с Архамом на дневном привале. Так что мой скакун смилостивился и позволил деверю подойти.

И единственным, кому саул неизменно говорил «Ш-ш», был наш дайн и повелитель, а заодно мой горячо любимый супруг, о котором мне оставалось лишь мечтать, хоть он и находился прямо передо мной.

– Я всё понимаю, – говорила я саулу. – Тебя испугало мое новое исчезновение. В этот раз меня долго не было, однако вот она я, и ты уже предельно ясно высказался. Я поняла всё, что ты хотел мне сказать, признаю вину и прошу прощения у тебя уже в сотый раз. В ответ я прошу самую малость – пробуждение твоей совести. Дай нам подойти друг другу, пожалуйста.

– Ш-ш-ш!

– Я хочу…

– Мьяв!

– Тьфу.

– Ш-ш, – вот и весь разговор.

Я чувствовала злость и бессилие. Уговаривала себя, что это природа саула, что он исстрадался и истосковался, что переживал и боялся больше не увидеть меня, но! Но саул Архама вел себя иначе! Как я уже говорила, не виделись они много дольше, и скакун не отходил от своего всадника. Куда шел деверь, туда же шагал и его саул, однако он не устраивал сцен, не нависал сверху и не превращался в надзирателя. Он просто хотел быть рядом и чувствовать своего человека. И наверное, так вел бы себя любой добропорядочный скакун, но не Ветер. Этот деспот устанавливал свои законы и не терпел возражений.

– Ревнует, – усмехнулся Юглус, глядя на наши препирательства с саулом. – Дайн один может забрать тебя у Ветра.

– Точно, соперника чует, – кивнул другой ягир.

– Скоро успокоится, – заверил третий.

Танияр ничего не сказал, только одарил Ветра непроницаемым взглядом. Кстати, стоит пока отвлечься от четвероногого тирана и уделить внимание братьям. Еще во время нашей встречи они обменялись кратким приветствием и этим ограничились. Во-первых, мой саул оттянул на себя всеобщее внимание, а во-вторых, нужно было время, чтобы Танияр и Архам могли почувствовать себя свободно рядом друг с другом. И если мой супруг просто привыкал к возвращению брата, то последний был скован и молчалив.

А еще были ягиры, которые к своему бывшему каану относились предвзято. Судить их за это было сложно. Понять истоки и причины молчания и острых взглядов исподлобья можно было без труда. Однако у нас с деверем установились теплые, доверительные отношения, и видеть, как он, по сути общительный и улыбчивый, вновь отстраняется и замыкается в себе, было тяжело. Еще когда мы только возобновили путь уже в новой компании, я ободряюще ему улыбнулась. Но всё мое время занял Ветер, и уделить внимание Архаму было уже сложно. И потому когда я заметила, как братья на стоянке негромко разговаривают, сидя рядом, то испытала облегчение. Могла бы, то и присоединилась к ним, но у меня был Ветер, и у него имелось на мое местонахождение собственное мнение.

Вы можете изумиться тому, что я рассказываю. Скажете, что саулы – это всего лишь животные, а не какие-нибудь сверхсущества, и они тоже должны спать. И почему бы мне в это время не подойти к своему мужу, чтобы наконец обнять его? И разумеется, будете правы, но… вы совершенно не знаете саулов. А моего так уж точно.

Да, на первой ночевке и я, и Танияр ожидали, когда бдительное око закроется и мы станем свободны от надзора. Однако Ветер оказался предусмотрителен. Пребывая в плену собственных страхов и обостренных чувств, он не позволил отвести себя к остальным саулам и остался рядом со мной. Опустился на землю и так и провел ночь, прижавшись ко мне. А когда я попыталась встать, вскинул голову. И на шорох приближающихся шагов Танияра тоже.

Нет, мой скакун, конечно же, заснул, но спал беспокойно. Замирал он только в те минуты, когда я накрывала его бок ладонью. Но стоило убрать ее, как начинал вздрагивать. В конце концов, устав от бесплодного ожидания, да и просто от жалости к упрямцу, я оставила всякие попытки встретиться с мужем. Танияр, поняв, что встреча вновь откладывается, ободряюще мне улыбнулся и устроился на подготовленном для него месте.

К следующей ночи мало что изменилось. Ягиры, ехавшие впереди, приглядели поляну для ночлега, там мы и остановились. И вот я сидела на одном ее краю, Танияр на противоположном, такой близкий и недосягаемый одновременно, а между нами стоял Ветер и переводил подозрительный взгляд с одного на другого и никак не желал ослабить надзора. Мне даже подумалось, что саул, ощутив некую власть над людьми, попросту обнаглел. Это раздражало неимоверно, но приходилось мириться… пока.