О чем молчат боги полностью

Так что оделась я быстро, разве что помучилась с накидкой, которая прилагалась к платью. Она оказалась необычного кроя. После того как я с ней разобралась, правая рука осталась свободна и открыта, а вот левая скрылась под полой. С этой стороны накидка была несколько длиннее, ее верхний край, накрыв грудь крупной складкой, соединился с правым, и оба края были скреплены застежкой. Закончив облачение, я подошла к зеркалу и окинула себя оценивающим взглядом.

Бордовое платье, по подолу которого шел орнамент, чьи элементы мне не были знакомы. Талия была перетянута кушаком синего цвета, того же цвета была накидка, верхние края которой были скреплены застежкой золотого цвета. Она имела форму древесного листа. Я привыкла к иным цветам и не смогла сразу понять, нравится мне мой внешний вид или нет.

Волосы я оставила распущенными, чтобы они сохли. Что до обуви, то в другом сундуке я нашла кейги – туфли со шнуровкой, их и надела. Коротко вздохнув, я все-таки взяла ларец и высыпала на кровать его содержимое. Филямы, серьги, ожерелья, кольца, браслеты – всё это здесь было, и у всего когда-то была хозяйка. Ничего из этого я надевать не хотела. Одно дело – украшения матери, которые отдал мне Танияр, это уже родовые драгоценности, а то, что носила бывшая жена… наложница, кем там была Алтааху мать Акмаль, надевать на себя желания не было.

Я уже собралась ссыпать всё это обратно в ларец, когда мое внимание привлек блеснувший камешек в одном из колец. Рука сама собой потянулась к перстню. Он был крупным и впечатления не произвел, только… только один из трех камней, похожих на жемчуг, вдруг снова блеснул. У меня перехватило дыхание, когда ощутила знакомый холод, на миг коснувшийся пальцев.

– Создатель, – выдохнула я и стремительно надела кольцо на палец.

И если в первое мгновение оно казалось мне большим, то есть мне не по размеру, то сейчас перстень сел так, будто его делали по моей мерке. Что творилось в моей душе в тот момент, не передать словами! Будто кто-то близкий и родной, затерявшийся в дальних странствиях, вдруг шагнул на порог дома. Судорожно вздохнув, я прижала ладони к лицу и затихла, справляясь с подступившими рыданиями.

– Благодарю, – простонала я, а после, бросив взгляд в сторону двери, позвала: – Танияр…

– Ашити, – прилетело ко мне тихим шорохом листвы на деревьях. – Я здесь…

– Танияр, – вырвалось из моего горла прерывистым всхлипом, – как же я истосковалась по тебе.

– Дайнани, – услышала я призыв бальчи и порывисто сжала руку между колен. – Если ты готова, иди есть.

– До вечера, любовь моя, – шепнула я в пустоту. – Призову.

Потом поцеловала камень, ставший непроницаемым, как и два других, а после покинула спальню, ожидая, что последует дальше. Однако бальчи не кинулся рыскать по дому и не взглянул на меня с подозрением. Кажется, он ничего не заметил. Я уселась за стол, уставленный несколькими блюдами, но продолжала ждать вестей от махира или его подручных, которые должны были бы последовать. Не последовали. Никто так и не пришел проверить меня и сказать, что ощутил присутствие Создателя. И вскоре я совсем расслабилась.

Мне не терпелось снова воспользоваться «Дыханием Белого Духа», но пока за окном было светло, я не рискнула. И хоть ожидание томило, я решила исследовать сад и ближайшие окрестности.

– Хочу прогуляться, – сказала я бальчи.

Он всё это время сидел у двери, поджав под себя ноги. А услышав мои слова, молча поднялся и замер в ожидании, когда я выйду наружу.

– Ты и ночью будешь здесь? – спросила я.

– Великий махир велел служить дайнани днем и ночью, – ответил прислужник.

– Как ты можешь служить мне ночью? – задала я новый вопрос. – Как мужчина ты мне не нужен. Как слуга тоже. Налить себе воды я могу и самостоятельно.

– Бальчи не мужчина, – последовал ответ. – Бальчи – тень у ног великого махира.

– Э-э… – озадаченно протянула я. – Ты бесполый?

Прислужник не ответил.

– Ночью ты мне не нужен, – повторила я.

– Я буду сидеть за дверью, – сказал бальчи.

– Ты спишь? Тебя терзает голод?

– Бальчи – человек из мяса и костей, – ответил он.

– Ну, хотя бы человек, – усмехнулась я и вышла из дома.

Садик оказался маленьким, но уютным. Затеряться здесь не получилось бы и при огромном желании, однако скрыться от назойливого взора бальчи можно. Тут не было кадок и ящиков, какие я видела в галереях и на улицах ярусов ниже. Растения росли, как и полагается, в земле. Но была ли она насыпана на камень, или же в деле поучаствовала магия, я спрашивать не стала. В конце концов, Илгиз повелевал именно камнями и, наверное, мог проделать с ними многое. А великий махир и его подручные обладали частью силы своего Покровителя, значит, и им было подвластно оживить камень.