Сконцентрироваться удалось практически мгновенно – мама рассказывала и показывала, но тренировочное воздействие всегда было гораздо слабее. Ментальный удар также подразделялся на уровни в зависимости от способностей – защищаться могли все ранги псиоников. Правда, только первый – боевые телепаты – использовал такое оружие на постоянной основе при службе в Консорциуме. Лиам являлся всего лишь эмпатом, но и этого хватило, чтобы Джейк Паркс после щелчка пальцами вмиг потерял сознание и рухнул на пол подсобки, снеся две полки стеллажа.
Ошалев от собственных возможностей, Лиам тоже пошатнулся и чуть не упал, а затем увидел замершую Вивиан. В этот момент захотелось ментально припечатать и ее – настолько сильными были шок и последовавший за ним страх.
– Что с Парксом? – спросила она, осторожно, чтобы не касаться Лиама в ограниченном пространстве, двигаясь к двери.
– Очнется минут через десять, – ответил Лиам, ощущая полное моральное истощение: похоже, он все испортил.
– Просто от щелчка пальцами? – Вивиан приблизилась и недоверчиво прищурилась, а потом ее глаза округлились. – Так ты… из ЭТИХ?
На ее лице застыл ужас, сменившийся яростью: оттолкнула Лиама от себя.
– И что, сдашь меня Консорциуму? – бросил он вдогонку и прислонился к переборке лбом.
В чем-то Лиам мог ее понять: понравившийся парень оказался псиоником. Тем самым гадким холодным существом, которое может и мысли прочитать, и душу вынуть. Офицеры Консорциума со всем тщанием заботились об имидже – запасы страшных историй о зверствах телепатов пополнялись регулярно.
– Надо сообщить Сантьяго. – Вивиан вдруг остановилась и посмотрела на Лиама.
– Тогда этот праведник, позволяющий Блэкмору творить черт-те что, сдаст меня Консорциуму, – хотелось кричать, но голос сохранял твердость, – чтоб я сгнил там, как сестра моей матери.
– Нет, лучше ты будешь ошиваться здесь и читать мысли, – скривилась она.
– Я эмпат, я не умею читать мысли! – шепотом воскликнул Лиам.
– Докажи!
– Пошел бы я сегодня с Джастином, если бы знал, что Паркс будет делать с молчаливого согласия Блэкмора? Вивиан, я только слышу чувства других людей, изредка вижу картинки…
– И щелкнув пальцами, можешь вырубить человека, я заметила, – фыркнула Вивиан, глянув Лиаму за спину: Паркс все еще находился в отключке.
– Это простейший прием самообороны, мне что, надо было позволить ему тебя изнасиловать?
– Спасибо, кстати, – в интонации зазвучало сомнение.
– Вивиан, не выдавай меня, пожалуйста, – взмолился Лиам и посмотрел ей в глаза.
– Назови хоть одну причину, чтобы я этого не делала?
– Я тебе нравлюсь… нравился, – поправил себя Лиам.
– Черт. – Вивиан потерла переносицу. – И как с тобой поступить?
– Для начала давай уберемся отсюда.
До лифтов шли молча, Лиам чувствовал полную готовность к любому исходу и покорность судьбе: годы скитаний подходили к концу – к счастью или наоборот, он не умел стирать память, и теперь его жизнь находилась в руках Вивиан, лейтенанта и пилота, девушки, которая ему нравилась. И Лиам нравился Вивиан тоже. Правда, до того, как она узнала страшный секрет нового медика.
В кабине Лиам прислонился к стеновой панели – страха не было, адреналин из крови куда-то улетучился. Только усталость от постоянного бега, вечной боязни оказаться раскрытым. Сейчас стало почти все равно – он не смог бы убить человека из-за своей тайны, даже если бы обладал возможностями: для исполнения смертельных приемов псионику требовался уровень выше двенадцатого. Псионику боевого ранга, само собой.
– Что решила? – безразлично спросил он.
– Надо подумать до утра. – Вивиан выглядела растерянной.
– Что изменится к утру? Сантьяго выспится? – с горькой усмешкой произнес Лиам.
– Может, ты меня уговоришь? – слабо улыбнулась она и наклонила голову.
– Вы на «Аполлоне» хоть о чем-то другом думаете? – усмехнулся Лиам, прекрасно слыша, что никакого возбуждения нет и в помине, а Вивиан просто прощупывает почву.
Да, отношение Вивиан изменилось – теплая симпатия превратилась в настороженную обеспокоенность, но тем не менее Лиам верил, что она его не выдаст, раз не выдала в самый первый момент. Почему пошел за Вивиан сейчас? То ли шок от произошедшего повлиял, то ли инстинкты наконец взяли свое. Страха не было, как и отвращения, – только серый перфорированный пол норовил убежать из-под ног от нарастающего волнения.
– Ты меня не боишься? – спросил он.
– Все видели, кто побежал меня спасать, Лиам. К тому же ты точно нравишься мне больше Паркса, а ты его победил, – с неоднозначным смешком ответила Вивиан, пропуская его в свою каюту. А потом скрестила руки на груди. – И что эмпаты умеют делать в постели?
– Ничего. – Лиам пожал плечами и вымучил улыбку.
– Врешь.
– Думаешь, так легко начать общаться с кем-то близко, когда есть риск, что о тебе узнают? – возразил Лиам.
