Судить свой век, то не себя ль судить?Звенит строки трепещущая нить.– Рассудит Бог!– Его бесспорен Суд.Но Бог-то там, а я дерзаю тут.У Бога вечность менее чем час,А дней моих иссяк скупой запас.Ответь мне, век, кому пошли во благоТвои дела, зачины и отвага?Найдя зерно в замшелом атеизме,По Вере ты пустил подсечный палИ пепелище Церкви распахал,Но лишь бурьян на ниве горькой вызрел.Ты сад земной в безудержной гордынеПерекроил, и что мы видим ныне?На месте рек зловонные разливы –Погосты рыб, земель и деревень.И кровь моих собратьев несчастливыхТечёт в сети твоих каналов-вен.И кто отверз полынный звездопад?Блеснёт звезда – и воды смерть лучат.Ты слышишь, век, предсмертный хрип Байкала?Его душил ты так, средь прочих дел.Тебе ума, не прыти, недостало.Худой хозяин, в чём ты преуспел?Чем оправдать крестьянские погромы?Ужели тем, что после вздул ты домны?Тамбов и Дон, Тобол – не перечесть,И жертвам счёт идёт на миллионы.Ужели ты спасал страну и честь,Как брал старух и баб с детьми в полоны?Ужели тем, что сельскую общинуНе удалось вчистую обобрать,Ты вырезал и гнал не вполовинуИ шёл грудных младенцев воевать?Лукавый век, век, потерявший стыд,Ты повторишь фашизмом геноцид.Ты не в борьбе, ты не в семейной ссореРубил крестьян – ты Русь рубил под корень,Чтоб средь манкуртов, чтоб в стране-пустынеЯйцо идеи выклюнулось в явь.Пустую кладку выплюнул удавИль змей иной. На пару с ветром нынеОни живут в безжизненной пустыне.Чтоб на зерно не вызрел слова колос,Ты заодно казнил крестьянский голос –От Олонца и далее на ОстВ крови катились песни на помост,И в соловьиных рощах с той бедыВзахлёб хрипят рябинники дрозды.Рассудит Бог сей век. Но на весыЛишь двое встанут в полный рост из праха:Война Священная да плахаЗлодейски раскрестьяненной Руси.Двадцатый век, беспечный сын Дедала,Высоко взял, и крыльев нет как нет.Упал, да так, что вся земля дрожала,Пал под ноги идущему вослед.Кружат в лазури перья ностальгии,Висит извечный горестный вопрос.Померк закат, и нет у неба слёз,И тают в далях отблески России…В дальнюю сторонушку от себя сбегу,Где ворона гаркала, сидя на стогу.Где берёзы слушали не дурных ворон,Собирая ветками свой и птичий звон.Где все дни предлинные – ночи коротки,Пескари – былинные в заводи реки.Где вослед за дождиком небо моет синь,Где и в зимы лютые с оттепелью стынь.Где малютки-горести завсегда всерьёз,Но подол у матери сушит море слёз.Нынешние горести погасили свет,Слёзы все повытекли, мамы тоже нет.<p>Полынья</p>
