Когда через три дня обоз наконец подошел к селу, там обнаружился зализывающий раны караван, и Радегу ничего не оставалось, как идти дальше, в Сейкалу. В столице области их ждали не только мягкие постели для раненых (лекарь был свой, которого любая лечебница с руками оторвала бы), но и ярмарка, настроения для которой не было никакого. Хотя обоз почти оклемался от нападения, раненые шли на поправку, и за их жизни можно было не опасаться, Тхар всё ещё не приходила в себя.
У Радега появилась новая привычка: он под вечер приходил в фургон, выгонял оттуда всех и долго разговаривал с девушкой. Ллио, на всякий случай дежурящий поблизости, невольно слышал эти монологи, полные признаний, обещаний, извинений и неизменных просьб очнуться.
Сам он забирался потом в фургон, ложился рядом и в полной темноте шептал на ухо Тхар те же просьбы. Только их. А ещё на третий день тихонько плакал, вцепившись зубами в ладонь.
Осунувшийся Риан приходил едва ли не каждые полчаса. Он пытался дозваться до девушки, но не получал отклика. Уходил он молча, а Ллио знал, что Тиля не появлялась за это время, и что это плохо, очень плохо для Тхар, что девушки так долго вместе. О том, что одна из них может не очнуться, и вместе с ней погибнет и вторая, Ллио даже не думал, хотя догадывался, что к Страннику такие мысли приходили и, возможно, не раз.
Утром четвёртого дня снова шёл дождь. На севере, там, откуда они уехали, скорее всего, уже лежал первый нетающий снег, а здесь было для этого слишком тепло. Ллио сидел в фургоне, прикрыв глаза, и в полудрёме слушал перестук капель, пока не заснул. Ему снился какой-то странный сон, словно он что-то ищет и из-за этого вертится вокруг своей оси, потому что это что-то всё время оказывается за его спиной. Вдруг его правая щиколотка оказалась в капкане, и Ллио стал вырываться, потому что надо было повернуться и что-то найти…
— Ллио, ты меня добить хочешь?! — услышал он несчастный шёпот Тхар и открыл глаза. Девушка лежала в той же позе, но её левая рука, ранее безвольно вытянутая вдоль тела, сейчас изо всех сил вцепилась в находящуюся в опасной близости от её лица щиколотку эльфа, а запавшие глаза были открыты и сердито смотрели на замершего друга.
Ллио метнулся к ней, вспомнил, что любая попытка обнять причинит ей боль, наклонился и поцеловал в щёку, а потом прижался лбом к виску девушки, словно пытаясь мысленно передать ей всю ту огромную радость, которую он ощутил при её пробуждении.
— Я тоже рада тебя видеть живым и здоровым, в отличие от меня, — чмокнула его ответно Тхар и застонала: — Ой, ужас, головой мне лучше не шевелить…
— Тебе плохо? Я сейчас позову Риана! — всполошился Ллио.
— Очень плохо, — призналась девушка, зеленея, и эльф стрелой вылетел из фургона, со всех ног бросившись на поиски Странника.
Когда он вернулся, внутри уже хлопотала Тиля. Странник порывисто обнял её со вздохом облегчения и занялся Тхар.
— Её тошнит, в ушах шумит, болит голова, плечо, нога, спина и всё остальное тоже, но это особенно, — подсказала Тиля.
— Тошнота и шум в ушах — это нормально при сотрясении мозга. И боли после такого падения — тоже. Но это мы сейчас снимем! — весело успокоил помрачневшую было девушку Риан и занялся её лечением.
— А что произошло и как все? — промямлила Тхар, как только он расправился с тошнотой. — Я почему-то совсем ничего не помню после того, как Гаисхаш забрал меня из фургона.
— Все живы, — успокоил её Ллио и начал рассказ.
Каким образом Радег узнал о том, что Тхар пришла в себя, неизвестно, но он первым из обоза оказался рядом, отпихнул Ллио, склонился над девушкой и радостно выдохнул:
— Очнулась…
— И уже об этом пожалела, — заметила Тхар, морщась. — Знал бы ты, как у меня всё болит! Хотя всё же меньше, чем пять минут назад, спасибо, Риан.
— Не за что, — отозвался эльф и развернулся к Ллио с Радегом: — Так, а теперь вы оба идёте сторожить вход и никого сюда не пускаете.
— Почему? — хором возмутились они, не желая оставлять девушку.
— Потому что Тхар необходим покой и полутьма, — отрезал Риан. — Здесь останется Тиля, если что, она меня предупредит. Ваше постоянное присутствие не требуется. Пусть Тхар отдыхает.
— Конечно, — кивнул Ллио и повернулся к девушке: — Выздоравливай. Если что, я рядом.
Тхар только улыбнулась.
— Да, я тоже, — кивнул Радег, посмотрел на девушку долгим взглядом, словно хотел убедиться, что ей действительно лучше, и последовал за эльфом.
А Тхар закрыла глаза и попыталась заставить себя поверить, что ничегошеньки у неё не болит, и это только кажется, и вообще, стоит попытаться заснуть.
