Вертикальное положение далось с трудом и получилось не очень, но Пупсик кажись был доволен.
Два часа, состоящих из нравоучений и кошмарных пыток, и я смахнула лет так двадцать. Бабочкой конечно же не стала, но порхать стало намного проще.
-- Спасибо. Спасибо тебе огромное. Ты герой сегодняшнего дня! Ты меня не просто спас, теперь я не только могу спокойно дышать, да я танцевать готова! -- чуть не прыгая от радости, искренне поблагодарила я, и в очередной раз залюбовалась тем, насколько парню повезло с внешностью.
-- Да ну вас, -- отмахнулся инструктор. -- Скажете ещё. Какой там герой. Работа такая.
Хоть я его немного застесняла, но было видно, что парень доволен похвалой из моих уст. Высокий титул Пупсику неимоверно шёл, и даже был впору. И да. В моих глазах он определённо вырос на пару пунктов.
"Но мужа мы любим бо-о-ольше, -- на всякий случай напомнил внутренний голос, наставляя на путь истинный. -- Он мужчина нашей мечты, и вообще ещё очень даже ого-го!"
Кстати насчет мужа...
Вспомнила его нежные ручки, и разливающееся по телу блаженство когда он меня разминал, и поняла, что от массажа я бы не отказалась.
И, то ли я сказала это в голос, то ли это было написано у меня на лице, но Пупсик вдруг предложил:
-- Ну, давайте я вас немного разотру, -- выдал он, и посмотрел на часы. -- Минут пять у меня есть, так что могу заняться вашей спиной.
Представила эти шикарные рельефные руки на своей коже… И прикусила губу. Нет-нет-нет. Помним о муже!
"О муже не-е-е забыва-а-а-ем!" -- пропел внутренний голос.
-- Да не-е-ет. Я уже домой дотерплю. -- наверное слишком поспешно замахала руками и сморщила нос, раз Пупсик опять нахмурился.
-- У меня есть диплом массажиста если что, так что можете не бояться что я вас покалечу.
Эх… Искушает паршивец!
"Не-а. Просто давит на нужный мозоль! -- опять вклинился вечно бдящий всезнайка, -- Знает как сделать так чтобы ты сто процентов согласилась… Осторожно!"
Так как я все ещё пялилась на красивые верхние конечности, предупреждение до меня дошло с большим запозданием. И дошло лишь тогда, когда ощутила умелое прикосновение этих самых конечностей.
-- О, да-а-а… Пашка, ты волшебник! -- на выдохе похвалила я, и парень кажись смутился.
-- Да какой там, я только учусь.
Вот скромник!
Как-же хорошо-о-о… Эти руки знали где и как надавить чтоб мне стало умопомрачительно хорошо.
"Детка, я понимаю что это нокаут ниже пояса, но оттолкни его от греха подальше!" -- тут же скомандовал внутренний голос, но кто бы его сейчас слушал.
-- Ты точно волшебник. Мне словно опять шестнадцать, -- снова одарила похвалой инструктора, ощущая как с каждым прикосновением с меня будто спадают пудовые булыжники. Определённо дышать стало намного легче.
Пальцы ловко разминали шею спускаясь к плечами, медленно, но уверенно, возвращая в тело жизненную энергию.
Так расслабилась, что не заметила когда вместо пальцев на своей коже ощутила чужое дыхание, а потом и осторожное прикосновение губ.
Рефлекторно отшатнулась, но меня тут же удержали за плечи, вцепились мёртвой хваткой.
-- Ты… -- только и смогла выдать от неожиданности, как меня резко развернули лицом к себе и впились в рот настойчивым поцелуем.
Я стояла… Нет! Застыла по стойке смирно почти не дыша. Единственное что совсем не к месту вертелось в голове -- зачем он все испортил?! Зачем?
Посмеяться? Так не в его характере. Хотя…
"Откуда ты знаешь что в его характере?!" -- подлил масла внутренний голос, и я вспылила.
Рука как-то сама обожгла чужую щеку, наверняка оставляя на ней алый отпечаток. Вышло слишком звонко, но действенно, ведь лишь тогда парень выпустил меня из объятий и отстранился.
-- Приду-у-у-рок, -- со смесью жалости и разочарования протянула я, вытирая губы ребром ладони, и испытывая непреодолимое желание умыться, а ещё лучше полностью смыть с себя чужие прикосновения. Напомнила, -- Я ведь мужа люблю.
-- А он? Он тебя любит? -- ухватился за мои слова Пупсик, и мне захотелось ещё раз ему треснуть.
-- Любит, -- парировала ни на секунду не сомневаясь в своих словах. -- Причём любит любой.
-- И сюда отправил, -- тут же капнул желчью парень.
"Эх… А он нам когда-то нравился. Пока рот не открыл." -- вякнул внутренний голос, и если бы могла, я бы в эту минуту его придушила.
-- А сюда потому и отправил что любит. И чтобы я сама себя полюбила! -- рявкнула я окончательно устав от этого фарса… И замолчала, осознав сказанное.
К последней своей фразе я совсем была не готова. Она стала откровением даже для меня самой, ведь это то, что я искала изо дня в день бегая, качая пресс и крутя педали. Оно все было на поверхности. Перед самым носом. Но я, глупая, не видела.
