— Заткнись и слушай! — раздражённо рявкнула девушка. Ответом послужила тишина, и Логан хлопнула себя по лбу. Теперь Касандра просто так от неё не отстанет. Первый признак крайней заинтересованности — тишина.
— У меня тут появился…мужчина. И, кажется, я в него влюбилась, — Чакки замолчала на мгновение, прислушиваясь к своим ощущениям. Никакого внутреннего бунта, никаких противоречий. — Да, влюбилась, — как-то озадаченно протянула она. Касандра молчала. Видимо понимала, что дело не только во «влюбилась», что тоже порядком её удивило. Она, конечно, знала, что когда-нибудь с её подругой это случится. С каждым случается. Но не думала, что Чакки из-за этого будет так убиваться.
— Он интересный, необычный, сильный, — девушка тщательно подбирала слова, только бы не сболтнуть лишнего о крыльях, Аде и заскоках на мировое господство. — Но он, как бы сказать, на «тёмной стороне».
Снова повисла тишина.
— И что? — осторожно протянула Кас. — Тебя подобные «нюансы» никогда не останавливали.
— Понимаешь, — вздохнула Чакки. А про себя сказала: — Да ни черта она не понимает! — Это не просто мелкие кражи или распространение наркотиков. Он покруче мафии будет.
«Да», — подумала Логан — «Перенося на реальность, это объяснение вполне подходит»
— И? — с нажимом произнесла Кас. Чакки потёрла висок, костяшкой большого пальца. Стряхнула пепел в круглую пепельницу, стоящую на столике рядом с креслом, после чего опять затянулась. Никотин успокаивал. Хотя бы на время.
— И я ни хера не понимаю.
Касандра прыснула.
— Ты его любишь?
— Да, наверное люблю. Но, — хмуро забормотала девушка, но Кас её прервала напористым:
— Ты его любишь?!
— Да, — мрачно отозвалась Чакки.
— Ну, и в чём тут проблемы?
— Но здравый смысл, — снова начала было Логан, как её прервал смешок.
— Дорогая моя, не ври себе. Ты родилась без него.
— Кас! — обижено воскликнула юная охотница, но улыбнулась.
— Что «Кас»? Слушай сюда, мелкая. Ты его любишь? Любишь. Он тебя любит? Похоже, любит, иначе ты бы ставила вопрос другим ребром. Так сри на весь здравый смыл, который у тебя отсутствует. И живи долго и счастливо.
— С ним «долго и счастливо» не получится, — мрачно вздохнула Чакки. Касандра цыкнула, и, кажется, закатила глаза.
— Значит, дёргай от него на все четыре стороны, а потом кори себя до конца своих дней, что сбежала.
«Знала бы ты, что он Дьявол — так бы не говорила» — подумала Чакки, туша бычок в пепельнице.
— А если он Сатана? — снова фырканье в трубку.
— Ты сама мне говорила, что и в Дьяволе можно найти искорку. Так что дерзай. Авось, найдёшь искорку, — голос Кас смягчился. Будь она рядом, обязательно потрепала бы за волосы.
— А если я её не найду? — упрямо гнула Чакки.
— Тогда и будем выкручиваться. Tschüs!
Касандра повесила трубку, не дав подруге больше сказать и слова. Логан рассеяно взглянула на потемневший экран телефона. Люби пока можешь, так получается? Что ж, это был вполне логичный для неё выход. Можно ведь и дальше сохранять нейтралитет и любить Дьявола.
— Да, — вздохнула Чакки, потягиваясь. — Наверное, это будет правильно.
***
Ближе к вечеру, Чакки поднялась на второй этаж, в комнату Ника, куда перенесла все свои вещи. Набрав в ванну горячей воды, она добавила пены. Воздух был влажным и тяжёлым. Стёкла тут же запотели, а на кафельной плитке появились капельки. Раздевшись, Логан забралась в горячую воду, укрываясь пеной, будто периной. По телу побежали мурашки и каждую клеточку наполнила истома. Тепло обволакивало, запах миндаля и хвои вытеснял из лёгких никотин. Мысли разлетелись, оставив голову. Там была лишь дымка наслаждения и пустота. Впервые за долгое время Чакки почувствовала себя по-настоящему спокойной и расслабленной.
Знакомый шелест раздался неестественно громко в тишине ванной комнаты. Девушка улыбнулась, приоткрыв глаза, устремив на Падшего затуманенный взгляд.
Вся его одежда была испачкана в крови, а на щеке появилась рана, которая не затягивалась. Светлые волосы топорщились, жёсткая щетина покрывала подбородок и щёки. Он смотрел на неё долгим немигающим взглядом холодных голубых глаз, светящихся изнутри кострами Ада. Логан облизнула губы, чувствуя, как низ живота сводит истома. Его взгляд можно было ощутить кожей. Жаркий, многообещающий.
