Заталкивая мысль поглубже, чтобы разобраться с ней потом, я оказываюсь наверху лестницы, располагающейся над Чертогом. Вчера вечером я не успела как следует его рассмотреть, а он невероятно впечатляющий.
Нет никаких сомнений, что он был создан из живого дерева. Ветви и лианы змеятся по стенам и полам, вокруг колонн и вдоль гобеленов. Золотистый свет струится из арочных окон высоко над главным входом, наполняя комнату теплой, благородной атмосферой. Балкон, на котором я сейчас стою, поддерживается резными колоннами, на каждой из которых изображены
В дальнем углу зала стоит, как мне кажется, копия
Кроме того, позади Трона Одина есть две неприметные двери. И это помимо остальных примерно двадцати дверей, их верхние половины украшены цветным стеклом, а наверху вырезаны руны. Между этими дверями стоят ряды скамеек. В центре комнаты располагается гигантский очаг, сейчас наполненный только тлеющими углями. И все же я могу представить его оживленно ревущим, окруженным разгоряченными воинами, и на все это взирает Один, сидящий на троне. Я сжимаюсь от внезапного благоговения.
Сражаясь со своими сомнениями, я стискиваю зубы и спускаюсь по лестнице.
По залу ходят фейри, кто-то собрался в небольшие группы и разговаривает, а кто-то разглядывает гобелены, которыми покрыты стены. Харальд и Эрик здесь, но больше я не вижу никого из Стражей Одина. Пока не добираюсь до подножия лестницы. И тогда я
Я оборачиваюсь и вижу пару глаз цвета пепла на бронзовом лице, рассматривающих меня. Каин стоит, прислонившись к колонне, украшенной огромной извивающейся змеей, и не замечает никого, кроме меня.
У меня вдруг пересыхает во рту, я отворачиваюсь и только тогда понимаю, что все остальные в зале тоже смотрят на меня.
Мне не нужно иметь дар предвидения, как у Брунгильды, чтобы догадаться, что все они думают то же, что и я пару минут назад.
Звучит гонг, милостиво привлекая всеобщее внимание, а потом раздается скрежет. Стекло одного из окон над дверями задвигается внутрь стены, открывая огромное отверстие, и я ахаю вместе с остальными, когда в него кто-то влетает.
Это Сигрун — Лидер Валькирий, одна из девяти первых Стражей Одина. Ее кожа насыщенного цвета древесной коры, волосы ярко-зеленого цвета, и каждая прядь заплетена в косы, обрамляющие ее потрясающее лицо. Каждое из ее белых, как свежий снег, крыльев простирается на десять футов в сторону. Она держит копье длиной с ее рост, и оно излучает такую мощную силу, что мне хочется упасть на колени.
Она совершенно восхитительна. Могущественная, яростная и удивительно красивая, она та, кем все хотят стать.
Когда она бесшумно приземляется на постамент, оконное стекло возвращается на место. Она начинает говорить, и в ее голосе слышится власть.
— Добро пожаловать в Фезерблейд!
От ее слов моя кожа покрывается мурашками, трепет охватывает мое тело, начиная от кончиков пальцев ног и затем поднимаясь все выше.
— Тридцать фейри были избраны чтобы стать новобранцами Фезерблейда. Двадцать шесть добрались до Чертога. Сомневаюсь, что больше двадцати смогут обрести
Реакция в моем разуме очень сильна. Мне
— Находясь здесь, вы узнаете, в чем вы сильны. Среди вас найдутся те, кто может создавать. Те, кто может сражаться. Те, кто может исцелять. Те, кто будет знать, что грядет и те, кто будет быстрее врага, — она замолкает, медленно оглядывая дружно благоговеющую толпу. — И будут те, кто потерпит неудачу, ибо хотя мы любим богов, иногда они ошибаются в своем выборе.
Мне кажется, или ее взгляд правда скользнул по мне? На мгновение мне хочется сжаться и стать меньше в размерах, но вместо этого я улыбаюсь. Это моя обычная защита.
— Веками Фезерблейд пустовал, — продолжает она. Готова поклясться, что слышала низкое рычание сзади, но я сосредотачиваюсь на Сигрун. Обычно мне сложно сфокусироваться на чем-то, но не в этот раз.
