На небе, тем временем, затянулись чёрные тучи, грозящие выпустить на нас свои опасные огненные языки. И это очень некстати, поскольку я жутко боюсь грозы… Вообще-то, в детстве мне приходилось постригаться под кровать и затыкать уши, чтобы хоть как-то успокоить себя.
Стало темнее. Птицы, что недавно звонко и мелодично щебетали, перестали петь. Лес будто вымер. И складывается такое ощущение, как будто я прохожу какой-то квест на выживание. Где все? Почему они меня оставили? В конце концов, останавливаюсь и даю себе время передохнуть, собраться с мыслями. Кажется, я заблудилась. Кругом полуголые деревья, желто-зелёная трава и кусты с черёмухой. В это мгновение в память врезаются обрывки первого моего дня в лагере, когда по дороге ребята рассказывали о фауне этого места. Возможно, прямо сейчас меня выслеживает рысь… или змея ползёт по земле. Думая об этом, мои глаза смотрят под ноги, безумно бегая туда-сюда. В груди все загорелось. Боже, в какой я ситуации: кругом лес, не знаю свою геолокацию и вот-вот обещает пойти дождь. Уже в дали слышен гром. Просто класс!
Вытряхнув из головы пессимистические мысли, натянув глупую улыбку «все окей», я энергичными шагами решила отправиться налево, только лишь ради разнообразия. Если повезёт, быть может, кого-то встречу, если же нет, значит стану американской версией Маугли.
Спустя, наверное, минут шесть, я дохожу до какой-то поляны вырубленных хвойных деревьев. Здесь повсюду растут папоротники и маленькие ромашки, на которым обычно ползут муравьи. Замираю. Время будто остановилось. Краешком уха улавливаю чей-то голос, он все ближе и ближе, ближе и ближе… В мыслях одно: «Ура, это мое спасение!», но, надо было видеть мое пораженное лицо, когда передо мной появился Киллиан Джонсон с палкой в руке. Он замечает меня и резко останавливается, с непонятной эмоцией поглядывая мое прямо в глаза. Расстояние между нами пять шагов. Пять, черт побери, шагов. Но больно осознавать, что не эти пять шагов наше препятствие, а мой ужасный поступок. Внутри все мгновенно сжалось, а грудная клетка подверглась ноющей боли, от которой у человека начинается лихорадка. И дышать стало так трудно, что приступы астмы по сравнению с этим — какая-то ерунда. Почему мне так страшно? Он ведь простой человек, не убийца или маньяк, но страх такой сильный и парализующий, что в мыслях появляется безумие, а на лице непонятная гримаса. Мне хорошо известно, я обязана попросить прощение, снова… Однако губы плотно сжаты, будто их запечатали. И как бы я не старалась, слова не вылетали изо рта. Мы просто стоим уже минуты две и пялимся друг на друга, думая, что же сказать и стоит ли вообще? Я в мышеловке, осталось подождать, когда она захлопнется…
Выпустив из лёгких воздух, хочу было произнести долгожданные слова, как тут брюнет срывается с места и идёт в правую сторону от меня, сложив одну руку в кулак, а другой, палкой разрезая воздух. Сердце попятилось в пятки и замерло. Боже мой, он бежит от меня! Бежит, только чтобы не слышать и не видеть меня. От этого факта становится ещё больнее, и эта боль, придав мне силы, стимулирует. Недолго думая, подбегаю к Киллиану со спины и хватаюсь за его руку, повернув парня к себе всем массивным телом. Тот даже не успевает моргнуть. И теперь, когда «пять шагов» перестало существовать, когда расстояние между нами сократилось и сердца забылись в унисон, я подняла уверенный взор на парня и установила с ним зрительный контакт, от которого волосы вставали дыбом. Пусть снаружи я выгляжу очень уверенно, но внутри все горит и переворачивается наизнанку.
— Мы должны поговорить, — чеканя каждое слово, говорю негромко я и сглатываю ком в горле. Наверное, за всю жизнь мне не доводилось испытывать столько волнения, как сейчас… В глазах Киллиана загорается огонь. Пусть это и его лицо, но я совершенно не узнаю парня. Вожатого словно заменили, он чужой для меня. Не хочется в это верить.
— Нам не о чем разговаривать, — парень отворачивается и хочет уйти, но моя реплика его останавливает:
— Бежать вечно не получится, ты это прекрасно понимаешь, Киллиан. Поговорим здесь и сейчас, чтобы навсегда закрыть эту тему!
Черт, как же ноет в груди, а по телу пробегает дрожь. Парень стоит ко мне спиной ещё некоторое время, затем выдохнув, нехотя разворачивается лицом, играя скулами. Неужели я так ему противна?.. Все чувства забыты? Да, все-таки правда много чего стоила. Я совершила огромную ошибку… Но не позволяй одной оплошности рушить всю свою жизнь. Стоит помнить об этом.
— Я тебя внимательно слушаю, — кивнул брюнет.
Этот разговор я репетировала все эти два дня, но за долю секунды монолог просто-напросто выветрился из головы, оставив меня ни с чем. Господи, как же страшно… В горле запершило и стало трудно дышать, однако, я нахожу в себе силы говорить. Мне дорог Киллиан, а ради такого человека, я готова на многое. Вновь начинаю свою считалочку. Один…
