— Мы можем это делать по желанию. Обычно. Но когда приходит Зов, все меняется. Мы теряем власть над собой. Тело предает нас. И если пара оказывается недостижима… Прадед почти потерял людской облик, потому что его женщину не признали. Не могли признать. И тогда миледи Кри самолично распорола ей горло и напоила внук кровью.
Я судорожно сглотнула, прижав ладони к груди. Ари же криво улыбалась. В глазах плясало что-то темное, непонятное. Мне чудилось, что там, в глубине, и мрачное торжество и невероятное море вины. Такое странное сочетание…
— Что потом?
— Превращение прекратилось, но прадед не сумел полностью вернуть себе нормальный облик. Руки так и остались… не такими. Кажется, он не простил Семью. Я бы не простила, — последние слова были сказанные едва слышно.
— Ты сказала, или мне показалось… — я сбивалась. Мысли ускользали, не желая выстраиваться в какую-то цепочку. Сплошной сумбур. — Сказала, его «первая» пара. Или мне показалось?
— Ах, это. Никто точно не знает, почему, но я думаю, что все дело в незавершенной, неконсумированной связи, но прадеду «повезло» еще раз. Лет через шестьдесят он встретил другую. Вот только мы ее никогда не видели. Только много лет спустя в Твердыню привели девочку лет пяти. На воспитание.
— И что же стало с ее родителями?
— Умерли. Иначе прадед не подпустил никого к дочери. Но это все мелочи. Я очень надеюсь, что ты поняла всю глубину ситуации. И запомнила мои слова, — Ари смотрела внимательно, чуть склонив голову набок.
— Я же уже дала согласие и не намерена отступать, — чувствуя себя уязвленной, немного резко произнесла.
— Ты дала согласие. Это верно. Но у тебя когда-нибудь будут дети с кровью Трианонских лордов. Так что не забывай того что я тебе только что рассказала. Нужно сместить Чинчела. Полнейший идиот, он скоро опустошит всю нашу казну.
Последние слова относились явно не ко мне. Принцесса недовольно поглядывала вниз, в зал, каким-то чудом умудряясь следить не только за нашим разговором, но и за тем, что обсуждали лорды.
После рассказа Арианны, я посмотрела на происходящее несколько иначе. Теперь поведение Роана не казалось мне таким уж абсурдным или возмутительным. Если их семейная история имела вот такие выверты… да, проявление Зова должно было изрядно напугать короля. Воспылать непреодолимой, да еще и такой сомнительной, страстью к незнакомому человеку? Никому не пожелаешь.
А если вспомнить, что ситуация сугубо односторонняя…
Я покачала головой. Нет, это какой-то основательное проклятье. Даже если учесть, что Трианонские лорды наделены особой силой, будь у них выбор, скорее всего отказались бы от подобного «дара».
— Мне сообщили, что ты хотела повидаться, — Роан появился тихо, или я просто слишком задумалась, не услышав скрип двери.
Король одним резким движением распустил бант на шее, и бросил шелковый шарф на спинку кресла.
— Терпеть не могу эту удавку, — буркнул монарх. Через мгновение к шарфу присоединился и бархатный камзол. — Как только разберемся с насущными делами, нужно будет как-то заставить местных баронов отказаться от этих ненавистных ошейников.
— Что мешает тебе не носить их уже сейчас? — я рассматривала короля так, словно искусная статуя повернулась ко мне другой стороной, позволяя оценить иные свои грани.
— Не хочу их слишком провоцировать. Мой совет готов уступить в распределении должностей, даже в пересмотре некоторых границ владений, но шарфики трогать нельзя. Это может вызвать настоящий бунт. Даже смена правящей династии их так не рассердит, уж поверь. Иногда мне кажется, что все государство держится именно на этой шелковой тряпке.
Роан потянулся, и я поймала себя на мысли, что мне это нравится. Нравится, что мужчина чувствует себя рядом со мной уютно, что не скрывает эмоций. Это подкупало куда больше, чем какое-нибудь дорогое ожерелье или высокопарные обещания.
— Ты великолепно выглядишь. Но платья Ари тебе не идут, это точно. Совсем не твои цвета, — Роан протянул ко мне обе ладони, внимательно рассматривая. — Темно-фиолетовый, насыщенный зеленый. Вишневый, на грани черного. С тонкой вышивкой и серебряной нитью. Тяжелый бархат или жесткая тафта. Вот что тебе подходит по характеру. К твоей внешней сдержанности и внутреннему огню.
Я почувствовала, как от таких простых слов, все тело наполняется теплом.
— Мы сегодня занимались тканями и выбором фасонов, — прикрыв глаза от удовольствия, пробормотала в ответ. Что бы такого страшного ни таилось внутри Роана, сейчас я буквально таяла от его взгляда.
— Изумительно. Надеюсь, портные поторопятся, потому как подобное несоответствие меня весьма нервирует. И вызывает желание избавит тебя от неподходящих цветов.
— Так что тебе мешает? — я сообразила, что именно произнесла только после того, как в комнате повисла тишина.
Пришлось открыть глаза, с опаской глянув на монарха.
Роан больше не был весел. Наоборот, между бровей пролегла глубокая складка, а в глазах появился суровый блеск:
— Не дразни меня, княжна. Я терпелив, но не настолько, как хотелось бы. Прошлый раз я сумел уйти, но это стоило мне немалых усилий.
