Отец раздал всем детям новогодние подарки, протянул симпатичную коробочку и няне. Няня открыла, увидела роскошный ярко-красный кошелёк и расцвела. А когда она этот кошелек открыла, то расцвела ещё больше.
– Эх, Станислав Егорович, – сказала она, – не была б я вам посторонняя, так тоже бы расцеловала.
– А и расцелуй, какая же ты нам посторонняя? – Отец раскинул руки в стороны.
Няня засмущалась, подошла к отцу и поцеловала его в щёку. Потом подхватила детей и повела их на свой этаж. При этом она даже словом Яне не обмолвилась, что Вася и Ася явились в её распоряжение на час раньше положенного времени. Видимо, аргументы в красном кошельке были весьма весомыми.
Вскоре из школы прибежал Марек, который тоже повисел на дедушке и получил от него подарок. Потом для деда стали представлять «Айболита». Разумеется, Айболитом был Марек, Вася и Ася изображали Бармалеев, а Дуся представлялась несчастной больной обезьянкой. Правда, актриса иногда поперёк роли весело хохотала, поэтому для пущей убедительности на неё надели шапочку с ушками. Представление удалось, и дедушка даже прослезился.
Когда дети отправились ужинать, и Яна с отцом остались одни, он достал из своего чемоданчика конверт и плоскую коробочку.
– А вот это передай той женщине, – сказал он и протянул коробочку Яне. «Той женщиной» отец всегда называл Раечку.
– Можно посмотреть? – спросила Яна.
Отец кивнул. Яна раскрыла коробочку. Там на чёрном атласе располагалась нитка розового жемчуга и две жемчужные серёжки. Яна залюбовалась. Жемчуг очень подходил матери.
– А то носит, наверняка, разные подделки дешёвые, – проворчал отец.
– Спасибо, папа.
– Да не за что. Как там у неё дела?
– С Владимиром Петровичем разругалась.
– Это правильно. Вовка – старый облезлый козёл. Только беда в том, что всё равно они помирятся. Милые бранятся – только тешатся.
– Не. На этот раз вроде бы серьёзно. Он там себе малолетку какую-то нашёл.
– Позорник! Как был козёл, так козлом и остался. Ну а она чего?
– Говорит, тоже найдёт себе кого-нибудь помоложе.
– Старого козла на молодого поменяет. Всё никак не успокоится.
– Пап, ну чего же ей успокаиваться, она ж и сама почти что молодая.
– Да уж! Та женщина, как хороший коньяк, чем старше, тем краше. Только ей этого не говори.
– Не скажу. Пап, а отчего вы развелись?
– Ха! Тоже мне спросила. Ты свою мать не знаешь разве? С ней только такой дурак, как Вовка, ужиться может. Ему ж всё, как об стенку горох. И то… Видишь, не удержался. Та женщина меня ругала на чём свет стоит с самой нашей свадьбы, всё с папой своим сравнивала. Ну, я сравнения-то и не выдержал. Утёк.
– Вот и Владимир Петрович утёк. Она его всё время с тобой сравнивала.
– Ну, правильно! Отца-то её, дедушки твоего, царствие ему небесное, давно уж в живых нет, а я вот он, налицо. Картина маслом. Та женщина всегда стремится к совершенству. А совершенства в природе не бывает. Ну, ладно, у тебя-то как дела?
– Да какие там у меня дела? – Яна решила, что и отцу не станет рассказывать о приключениях в фитнесе. Зачем расстраивать? Всё же обошлось. – Вот у Дусика проблемы. Сейчас у всех банков проблемы. Ты слышал, наверное?
– Слышал, конечно, и могу своему зятю пожелать только одно – не попадаться.
– Вот и он так говорит.
– Умник. Уважаю. Я ему тут портфельчик привез из страусиной кожи. – Отец опять полез в свой чемоданчик и достал оттуда небольшой элегантный портфель. – Сейчас модно. У хорошего банкира портфель должен быть маленький. У правильного банкира все деньги не в портфеле, а на счетах. В иностранных банках. А вот тебе что подарить, уж и не знаю. У тебя ведь всё есть. Так?
– Так.
– Но я вот что подумал, кое-чего у тебя всё-таки нет.
– Чего?
– Собственного дела. Ты же не будешь каждый год нового ребёнка рожать? А с этими тебе няня прекрасно помогает справляться. Время-то свободное имеется?
Яна кивнула головой, она вспомнила, как сегодня убивала это свободное время в салоне красоты.
– Вот! Если у женщины нет дела и много свободного времени, она постепенно тупеет. Правильно я говорю?
Яна опять кивнула.
– Правильно! А кому нужна тупая женщина? Уж не Дусику твоему, это точно, он ведь у нас умник.
Яна вспомнила, как Дусик объяснял ей про обналичку и какое у него при этом было лицо. Усталое, снисходительное, но это ещё бы и ничего, а вот промелькнувшее в его глазах разочарование Яна запомнит надолго.
– Папочка, всё правильно, но чем же мне заняться? Я же ничего толком не умею!
– В таких случаях женщины обычно открывают салон красоты или фитнес, – отец ухмыльнулся, – но это пошло. Это не для моей дочери.
– Согласна. Это не для меня.
– А ты подумай, к чему у тебя душа лежит?
Яна пожала плечами.
– Не знаешь? Обычное дело. Люди годами своё призвание ищут. Но есть очень простой способ. Вспомни-ка весь вчерашний день и определись, в какой момент ты чувствовала себя особенно хорошо.
Яна ненадолго задумалась, потом посветлела лицом.
– Когда «Айболита» с детьми репетировали и когда Дусика ужином кормила.
– Уже кое-что. Смотри, я сразу вижу два толковых дела. Детский сад либо ресторан здорового питания.
