О Понимании полностью

Уже выше замечено было, что явление и процесс представляют собою два вида сложных изменений по преобладающей форме причинного соединения, но не по исключительной. И в самом деле, и в явлении есть преемственные изменения, и в процессе есть изменения сосуществующие. Но важно то, что не преемственность изменения составляет явление, но именно сосуществование; и, наоборот, не одновременные изменения образуют собою процесс, но именно преемственные. И действительно, возьмем явление нагревания: здесь за одним увеличенным и ускоренным колебанием молекулы следует другое, за другим третье и т. д., вообще нагревание, как и всякое изменение, совершается во времени; но даже и в том случае, если бы молекулы нагревающегося тела совершили только одно увеличенное и ускоренное колебание, то и тогда явление нагревания было бы. Следовательно, хотя преемственность во времени здесь и является всегда, однако в ней нет необходимости, т. е. не она составляет явление. С другой стороны, возьмем процесс образования кристалла: здесь также всегда есть сосуществующие изменения; не один атом сближается с другим и принимает относительно его известное положение, но одновременно множество атомов сближаются и располагаются, образуя собою известную фигуру. Но не в этой многочисленности сближающихся атомов состоит процесс, но в том, что каждые два атома проходят через преемственный ряд изменений: сперва сближаются, потом размещаются. Что число атомов и, следовательно, сосуществование изменения здесь не имеет значения, – это ясно видно из того, что число это видоизменяется: и самый большой, и самый малый кристалл в своем образовании одинаково совершают процесс. Наоборот, преемственность изменения здесь не нарушается: ни сближение атомов, если за ним не последует размещение, ни размещение их, если ему не предшествовало сближение, не образуют собою процесса, но только сперва сближение и потом размещение. Возьмем еще процесс разложения обществ: здесь важно не то, сколько человек находится в разлагающемся обществе и сколько, следовательно, происходит одновременных изменений; но важны самые преемственные изменения, претерпеваемые каждым отдельным человеком и всеми ими вместе, важен последовательный ряд перерождений в духе и в жизни разлагающегося общества. Словом, всюду и постоянно в явлении преобладающее, характеризующее, исключительно значущее влияние имеет сосуществующее изменение, а в процессе – изменение преемственное. Явление есть сосуществование изменяющегося – необходимо во времени, процесс есть преемство сосуществующего – необходимо в пространстве; но ни для первого время, ни для второго пространство не имеют значения; они всегда есть, но в них нет внутренней необходимости ни для явления, ни для процесса, но только для того, что изменяется в явлении и в процессе.

V. Учение об атрибутах генезиса должно определить все свойства изменения, явления и процесса – как основные, вытекающие из самой природы их, так и выделяющие, по которым возможно было бы распознавание изменения и его видов.

Несомненными признаками присутствия генезиса служит обнаружение чего-либо прежде скрытого или скрытие чего-либо прежде явного. При этом если в обнаруживающемся или скрывающемся предыдущее сходно с последующим, то это служит признаком, что мы имеем дело с явлением; если же предыдущее и последующее различны, то это значит, что мы имеем дело с процессом.

Из основных атрибутов генезиса замечательны следующие:

1. Подвижность: изменение, или явление, или процесс никогда не пребывает, но всегда совершается, т. е. два элемента генезиса (изменение и изменение) никогда не находятся в одном времени, но каждый элемент переходит через свое время, со временем другого элемента не совпадающее.

2. Последовательность: в генезисе, как в причинном соединении изменений, предыдущее всегда подготовляет последующее, потенциально заключая его в себе; и последующее всегда развивает собою предыдущее, реально осуществляя собою скрытое в нем. Таким образом, в генезисе все последовательно и нет ничего случайного.

3. Сохраняемость: генезис в своем развитии никогда не нарушается, всегда бывает целен; ему ничего не недостает из того, что необходимо, и в нем нет ничего излишнего, прибавочного, сверхнеобходимого. Если он нарушается чем-либо внешним, привходящим, то он разрушается, подобно тому как разрушается организм, существенно поврежденный.