Переходя затем к происхождению закона, общая теория его должна ответить не на вопрос, почему все закономерно в природе, – так как на него ответило уже открытие и признание существования закона; но на вопрос, откуда самый закон в природе, где его источник? Как кажется, мы не ошибемся, если скажем, что источник закона, царящего над всем, что происходит в Космосе, скрывается в сущности происходящего. И в самом деле, каждый определенный закон есть некоторое соотношение между элементами, вступающими в соединение в момент возникновения изменения. Чем определяется это соотношение, что обусловливает, что одно соотношение не походит на другое? Ясно, что обусловливающее значение здесь принадлежит природе того, что вступает между собою в соотношение; потому что всякий раз, когда природа соотносящегося остается неизменною, неизменно и соотношение, т. е. закон; и всякий раз, когда природа или одного соотносящегося элемента, или всех их изменяется, изменяется и самый закон; и при этом чем значительнее изменение природы этих элементов, чем менее схожи они между собою, тем значительнее разница в законах, которым подчинено изменение как синтез их. Так, напр., взаимное притяжение вещества всюду и постоянно слагающееся из одних и тех же элементов, всюду и постоянно подчиняется одному и тому же закону; соединение противоположных электричеств или явления света уже подчинено другим законам, так как и электричество, и свет уже не есть вещество; но соединение и разложение идей или образование чувств повинуется законам гораздо более отличным от закона тяготения, чем законы световых и электрических явлений, потому что самые идеи и чувства еще более не похожи на вещество, чем свет и электричество. Итак, едва ли будет ошибочно признать, что источник закона как вечного и необходимого соотношения между элементами изменения лежит в сосуществующей с законом причине его – в природе элементов, соотносящихся в изменении.
Что касается до общего назначения, которое выполняет закон в природе, то его можно определить и прямо, исследуя, что именно производится законом; и косвенно, изучая, что произошло бы, если б его не было. Первый путь есть путь наблюдения, второй по преимуществу есть путь умозрения. Так, одним мышлением можно предугадать, что если б в природе были движущие силы, но не было бы закона, сообщающего правильность движению, то в таком случае едва ли могла бы сохраниться цельность Космоса: происходя без всякого порядка, явления и процессы сталкивались бы в своем развитии и разрушались бы.
Определение сходства и различия в явлении закономерности должно основываться на сравнительном изучении законов, действующих в природе, и иметь своею целью правильную классификацию этих последних. Совершеннейшая классификация есть, конечно, естественная – открытая, но не изобретенная, установленная природою, но не человеком. И без сомнения, внимательный взор откроет со временем некоторые естественные группы, на которые распадаются все законы природы. Но и ранее этого открытия не бесполезно построить несколько искусственных классификаций, которые не утратят своего значения даже и тогда, когда будет установлено естественное деление законов. Потому что каждая такая классификация, опираясь на какой-либо избранный признак, принятый за основной при классифицировании, покажет распределение этого признака в законах природы. Так, напр., с большим удобством все законы могут быть распределены на основные, ни на что не опирающиеся, первичные по происхождению, и на производные, выведенные из основных; и далее эти последние могут быть сгруппированы таким образом, чтобы видно было все, производимое в природе каждым основным законом через посредство своих подчиненных законов, так что ясно будет и соотношение всех законов между собою и, так сказать, строение закономерности в природе. Смотря по сферам действия, можно также разделить законы на всеобщие, действующие во всей природе; и на частные, которым подчинены отдельные области природы. С субъективной точки зрения можно их разделить на законы узнанные, относительно которых известно, что они суть «вечные соотношения между элементами чего-либо происходящего, управляющие его ходом», но в которых не объяснено, почему они необходимы в природе; и на законы понятые, относительно которых не осталось ничего не узнанным.
